«Если мама с папой не найдут ответа на задание по окружающему миру, его найдёт Google»
Современные взрослые любят использовать планшеты или мобильные телефоны, чтобы ребёнок спокойнее ел или не капризничал во время разговора старших. В то же время взрослые беспокоятся, что уже не могут контролировать «виртуальную» жизнь школьников. «Коммерасант» опубликовал колонку Маши Трауб о месте гаджетов в отношении детей и родителей.
«Однажды в самолете я видела, как мама решила показать ребенку облака в иллюминаторе. Ребенок тыкал пальцем в окошко, пытаясь „раздвинуть“ или „приблизить“ облако. Потом раздраженно водил пальцем, желая увидеть следующую страницу — новую картинку», — рассказывает Маша Трауб.
Привычка проводить не один час в день с гаджетами отразилась на взаимоотношениях взрослых и детей. Мамы регистрируются в социальных сетях, чтобы проникнуть в неизвестную им, «виртуальную», жизнь ребёнка и спросить у него, что он думает о родителям, под вымышленным именем. Гаджеты изменили и подход к обучению. «Уже в первом классе дети понимают — родители ничего не знают. Если мама с папой не найдут ответа на задание по окружающему миру, его найдет Google», — говорит Трауб.
По мнению автора, взрослые люди с развитием новых технологий изменились не меньше детей. Родители привыкли вручать ребёнку планшет, когда он требует внимания или капризничает, и часто проводят столько же времени в фейсбуке, сколько дети во «Вконтакте». Но когда автор попросила своего сына побыть с младшей сестрой, дети «не сидели по углам», а с удовольствием находили себе занятия, не привлекая компьютеры или мобильные телефоны.
«Если им предложить выбор — мама с папой или гаджет, они выберут родителей. А мы, родители, уже выбираем гаджет. Но иногда спрашиваем у ребенка — какой. И потом собираемся вокруг новой музыкальной колонки, как наши дедушки и бабушки собирались вокруг такого чуда, как радиоприемник или телевизор КВН», — замечает Трауб.
О новых методах преподавания в российских школах читайте в материале «Мела» «Как гаджеты и технологии завоевывали школу».
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе





