На Камчатке семье выплатят 2,7 млн рублей после гибели младенца во время родов
Суд пришел к выводу, что в данной ситуации женщине было показано кесарево
Елизовский районный суд Камчатского края обязал местную больницу выплатить родителям компенсацию морального вреда после гибели ребенка во время родов. Общая сумма взыскания составила 2,7 млн рублей, сообщили РИА Новости в суде.
С иском в суд обратились муж и жена, которые заявили, что их новорожденный ребенок погиб из-за ненадлежащего оказания медпомощи в Елизовской районной больнице. По словам родителей, беременность протекала без осложнений, однако во время родов врачи своевременно не выполнили необходимые обследования и медицинские процедуры, что в итоге привело к асфиксии и смерти ребенка.
В иске мать потребовала взыскать с медицинского учреждения 10 млн рублей компенсации морального вреда, отец — 7 млн рублей.
В ходе рассмотрения дела суд установил, что при оказании помощи пациентке был допущен ряд нарушений. В частности, при поступлении женщины врачи не приняли во внимание ее акушерский анамнез, неточно определили предполагаемую массу плода и допустили ошибки при проведении ультразвукового исследования.
Кроме того, суд пришел к выводу, что в данной ситуации следовало выбрать оперативное родоразрешение путем кесарева сечения, однако было принято решение о проведении естественных родов. Также установлено, что женщина должна была рожать в стационаре первого уровня, тогда как Елизовская районная больница к таким медицинским учреждениям не относится.
Суд признал, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи находятся в прямой причинно-следственной связи с гибелью ребенка во время родов.
По итогам рассмотрения гражданского дела суд постановил взыскать в пользу матери компенсацию морального вреда в размере 1,7 млн рублей, а в пользу ее супруга — 1 млн рублей. Таким образом, общая сумма выплат составит 2,7 млн рублей.
SviatlanaLaza / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







