«Наше общество относится к „не таким“ людям в лучшем случае настороженно»
Предприниматель Юлия Шленская — о том, как начала сотрудничество с людьми с аутизмом
Юлия Шленская, владелица таможенного брокера КВТ, обратилась за помощью к людям с синдромом Дауна. Сотрудники ни о чём не догадывались и общались с ними как с обычными работниками. Помогать таким образом людям с ограниченными возможностями предприниматель решила после того, как дочери её друзей диагностировали аутизм. Об этом рассказывает Шленская изданию «Секрет фирмы».
В семье друзей Шленской родилась дочь с синдромом Дауна. Предприниматель начала изучать тему аутизма в России. Оказалось, что в стране почти нет перспектив для таких детей. «Наше общество относится к „не таким“ людям в лучшем случае настороженно. В худшем — „мама, уберите ребёнка“ и неприкрытая агрессия. При этом никакой поддержки со стороны государства. Всё держится только на родителях», — говорит Шленская.
Родители не смогут всю жизнь поддерживать ребёнка с аутизмом. «А что с такими особенными детьми будет, когда родители станут старенькими? Или, не дай бог, умрут? Это притом, что за не совсем обычной внешностью и манерой вести себя у особенных людей часто скрыты такие ресурсы, такой незаурядный интеллект, что куда уж там обычным людям», — считает Шленская.
Женщина начала задумываться о проектах по социальной адаптации детей, которые «не такие, как все». «И когда в соцсетях мне попался пост с рассказом о проекте по социальной адаптации и трудоустройству „не таких, как все“ „Эверленд“, я возрадовалась. Нам как раз нужно было сделать несколько рекламных презентаций», — рассказывает Шленская.
Предприниматель обратилась в «Эверленд» и заказала несколько презентаций. Сотрудникам на первом этапе Шленская решила не рассказыватьо том, что им придётся вести переписку с людьми с аутизмом. Попросила только ставить её в копии всех писем.
«Когда работа началась, я была потрясена тем, как быстро приходили ответы на наши вопросы, а также внимательностью, с которой относились к нашим специфическим просьбам. Ребята как-то поняли нас с полуслова. Цена была раза в два ниже рыночной, мы сделали несколько презентаций, они стоили от 7000 до 10 000 рублей. Сотрудники утвердили первый же вариант макета, который прислал «Эверленд», — всего через пару дней после начала переписки. И так и не поняли, что всю работу для них выполняли «особята». Когда я сказала своим сотрудникам, что подрядчики, выполнявшие заказ, — люди с ограниченными возможностями, наступила мхатовская пауза, — рассказывает Шленская.
Теперь компания планирует заказать в «Эверленде» визитки, буклеты, листовки, инфографику и небольшой копирайт на сайт.
Детей с синдромом Дауна принято обходить стороной. Однако они обладают теми же правами, что и другие люди. Об особенностях общения с детьми с аутизмом, их образовании и программах поддержки семей рассказывает президент фонда помощи детям «Обнажённые сердца» Ася Залогина.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть





