Детский омбудсмен Кузнецова заявила, что мать девочки, пять лет живущей в ПМЦ, проявляла «искреннюю тревогу» за здоровье ребёнка
Детский омбудсмен Анна Кузнецова подтвердила ИТАР-ТАСС, что к ней действительно обращались за помощью родители девочки, которая с самого рождения живёт в медцентре «Мать и дитя» на Севастопольском проспекте в Москве. Вместе с этим Кузнецова пояснила, что «распутывание клубка заняло столько времени», потому что мать «выказывала ребёнка искреннюю тревогу за здоровье ребёнка».
При этом ведущие телеграм-канала «Беспощадный пиарщик» заметили, что вечером 10 декабря, когда вышло заявление Кузнецовой, и новость на сайте агентства, и подводка к посту в фейсбуке омбудсмена менялись.
Вот так выглядела заявление Кузнецовой было сформулировано примерно в 19:08 (по московскому времени).
И вот так новость на сайте агентства выглядела после редакции в 22:37.
В поздней редакции Кузнецова назвала всю ситуацию с девочкой, родители которой оплачивали её фактическое заточение и изоляцию от внешнего мира и людей не протяжении пяти с половиной лет «нонсенсом» и «некоторым шоком». При этом она подтвердила, что основания останавливать органы опеки и попечительства, которые вмешивались в ситуацию, действительно были, так как родителей не лишали прав на девочку.
«С одной стороны, к нам обратились представители общественной организации, рассказав об этой ситуации. И, конечно, первое желание, которое возникло — это проверить, а правда ли это вообще. С другой стороны, к нам обратились родители с запросом о том, чтобы мы остановили органы опеки и попечительства, которые продолжают вмешиваться в семью, и диктовать им, что нужно делать с их ребёнком.
На самом деле, все основания для такого заявления в отношении органов опеки на тот момент, безусловно, были, потому что они не лишены родительских прав, все обязательства, как я уже сказала, при первом приближении, родители исполняют и заботятся о своем ребенке. Поэтому дальнейшее распутывание клубка заняло столько времени, необходимо было разобраться во всех нюансах, учитывая все особенности законодательства.
Это не просто ситуация странная, но это нонсенс, это некоторый шок, потому что мы видим семью — обеспеченную, многодетную, полную. Ребёнка, которого лечат, о котором заботится мама. И когда мы разговаривали с ней, она выказывает искреннюю тревогу за здоровье ребёнка и на самом деле боится, что с ней может что-нибудь случиться. В связи с этим она поместила ее в одну из лучших больниц и продолжает заботиться, финансово обеспечивая финансовые обязательства с этой клиникой… С другой стороны, мы видим ребенка, который пять лет находится в четырех стенах».
Анна Кузнецова, детский омбудсмен
Далее омбудсмен уточнила, что ситуация может разрешиться двумя способами: органы опеки и попечительства готовят обращение в суд о лишении родительских прав или же родители забирают девочку в семью.
«Эти решения принимаются всегда непросто, но здесь мы понимаем, что дальше так ситуация развиваться не может. Больше смотреть на то, что ребёнок находится в медицинском учреждении, не имея возможности контакта со своими братьями, ни с другими детьми — своими сверстниками, развиваться по возрасту и так далее. Это, безусловно, недопустимо».
Анна Кузнецова, детский омбудсмен
Ранее Департамент труда и социальной защиты населения Москвы заявил, что готовится подать иск об ограничении прав родителей пятилетней девочки, которая всю жизнь провела в больнице. Историю девочки С. подробно в своём расследовании рассказала Катерина Гордеева.
Ещё больше интересного и полезного про образование и воспитание — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить!
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?- Виктория Ильина
Разговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад 
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
