В Московском зоопарке появился на свет птенец редкого японского журавля
Журавленок преимущественно питается тем же, чем и родители
В Московском зоопарке родился птенец японского журавля — одного из самых редких видов птиц, занесенного в Красную книгу. Сейчас посетители уже могут увидеть малыша в вольере «Японский дворик», сообщает тг-канал столичного зоосада.
Для пары японских журавлей, которая содержится в Московском зоопарке, это уже третье совместное потомство. Ранее у этих птиц родились еще два птенца. Старший из них позднее был переведен в зоопарк Гродно, а младший сейчас находится в отдельном вольере на Старой территории Московского зоопарка. Специалисты пока не определили пол новорожденного журавля. Установить его можно будет только после проведения анализа крови.

Сейчас сотрудники зоопарка внимательно следят за развитием птенца и организовали для него специальный режим питания. Журавленка кормят четыре раза в день. В его рацион входят те же продукты, которые получают взрослые птицы: кусочки мяса и рыбы, яйца, творог, комбикорм и грызуны. Родители сами подготавливают пищу, измельчают ее до подходящего размера и передают птенцу из клюва.
«Насиживание яйца длится примерно 29-30 дней. Затем появляется птенец, покрытый „детским“ рыже-коричневым пухом. Он повсюду следует за мамой и папой. Родители кормят его и тщательно оберегают от пристального внимания», — рассказала гендиректор Московского зоопарка Светлана Акулова.
Японский журавль считается одним из самых редких представителей семейства журавлиных. В природе в мире насчитывается около 2,5 тысячи таких птиц. Вид находится под охраной, а программы по сохранению популяции включают разведение журавлей в неволе и возвращение выращенных птиц в естественную среду обитания.
Московский зоопарк участвует в программе по выпуску японских журавлей в природу на Дальнем Востоке с 2002 года. Проект направлен на сохранение численности редкого вида и восстановление его популяции.
кадр: t.me/Moscowzoo_official
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







