«Сын родился весом в 700 грамм, через неделю его мама умерла»: история отца, который воспитывает ребенка один

Жизнь героя этого текста изменилась буквально за неделю: очень счастливый период сменился чередой трагедий и бед. Но Николай справился. И продолжает преодолевать все возникающие сложности и спустя два года. Его историю рассказывают в блоге БФ «Настенька».
Николай и Женя Кустовы прожили вместе 14 лет. Они мечтали о детях. Официально в браке они не состояли, но, когда Женя все-таки забеременела, решили пожениться. Пара ждала первого ребенка и готовилась к свадьбе. Но на 27-й неделе беременности Женя заболела. Врачи диагностировали COVID-19. Болезнь проходила тяжело: сначала Женя попала в реанимацию, а через несколько дней впала в состояние комы. Чтобы спасти ребенка, экстренно провели кесарево. Так появился Вова. Весил он 770 грамм. Через неделю после рождения мальчика его мама умерла, так и не увидев сына.
Почти полгода ребенок провел в реанимации. Папа каждый день все эти 6 месяцев бежал с работы, чтобы побыть с сыном. Он не мог взять его на руки, но сидел рядом и говорил, что всё будет хорошо.
Первое время ребенок лежал в кроватке, а рядом была надпись: «мальчик», без имени и фамилии. Николая это страшно злило. Он старался поскорее собрать все необходимые справки и документы. Наконец табличку поменяли. Вместо «мальчик» появилось имя — Кустов Владимир. Николай с гордостью об этом рассказывал близким: «Теперь мы точно победим! Вовка в нашу породу — сильный».
После реанимации Вову перевели в обычную палату. Его папа взял на работе отпуск по уходу за ребенком и 9 месяцев провел рядом с мальчиком. Он научился обращаться с трахеостомой и ухаживать за маленьким сыном.
«В отделении только мамы с детьми, я один мужчина, — вспоминает Николай. — Первое время не по себе было, а потом привык. Главное для меня было — сына на ноги поставить».
За малыша переживало всё отделение. Шансов выжить у него было немного. Медсестры из реанимации бегали навещать маленького Вову: «Как там наш сын полка, справляется?»

Вова пережил несколько операций на кишечнике и даже клиническую смерть. У ребенка пострадала центральная нервная система, это повлияло на его развитие: сейчас мальчику уже два года, но он не сидит, не ходит, дышит с помощью трахеостомы. Его папа всегда рядом — с коляской или рюкзаком для ребенка. С собой у него всегда расходники, специальное оборудование для трахеостомы. Бабушка Вовы живет за 100 км, да и приехать, чтобы помочь сыну и внуку, не может — ухаживает за больным мужем.
Живут Николай и Вова на пособия: на работу мужчина выйти не может, ведь с Вовкой некому будет сидеть. До рождения сына Николай работал машинистом дизельной электростанции Магаданской ТЭЦ, неплохо зарабатывал. Сейчас он вынужден обращаться за помощью, чтобы поставить ребенка на ноги. Врачи говорят, что у мальчика хороший реабилитационный потенциал.

Папа занимается с сыном дома, делает гимнастику. Два раза он возил его из Магадана в Москву на реабилитацию. После занятий со специалистами малыш стал уверенно держать голову, переворачиваться, активно реагировать на игрушки, улыбаться и радоваться окружающим. Главное для него сейчас — не останавливаться и продолжать реабилитацию. А для этого семье нужна помощь.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото на обложке: LullaBEE / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







