Страна полицейских, или почему в Голландии никогда не задёргивают занавески на окнах

Виктория Хогланд живёт в Голландии, воспитывает дочку Коринн и рассказывает о своей жизни в стране тюльпанов и ветряных мельниц. Например, про своих бдительных соседей.

Я припарковала машину около детского сада и стала производить погрузо-разгрузочные работы по отвинчиванию дочки от детского сиденья.

— Мефрау, — ко мне спешила высокая молодая женщина в светло-розовом пальто с ретривером на поводке, — я только что увидела, как вы случайно ударили ребёнка головой о дверь! — в лучших традициях Махтольдов женщина улыбалась во весь рот.

Я испуганно уставилась на Коринн. Та была занята разглядыванием разноцветных бантиков на своей новой курточке, выглядела вполне довольной и не проявляла к нам никакого интереса.

-Нет, — любезно говорю, — это вряд ли. Даже если я умудрилась как-то неловко повернуться…

Поясню начинающим пользователям, ребёнок обычно сигнализирует, если его что-либо не устраивает. Мокрые колготки, например, или холодный суп, или курица-мать, приложившая его по лицу тяжелым тупым предметом. В противном случае вам досталось чадо с небоскрёбным болевым порогом, что сэкономит ему расходы на анестезию у стоматолога до конца жизни. Я слегка знаю свою дочь и уверяю вас — это не про неё. Такого грубого ущемления своих прав она бы точно не потерпела.

— Я вам говорю, — во рту у моей доброжелательницы, казалось, поселился весь императорский фарфоровый завод. Какое-то бесконечное количество зубов цвета «снега килиманджаро», — Ударили. Нечаянно, конечно. Я сама видела! Просто она отвлеклась на мою собаку и не отреагировала.

— Я думаю, вы ошиблись. Вам издали показалось. Но спасибо за ваше внимание.

-Вы же мама! Надо быть осторожнее…

Я напялила на лицо такую же отполированную улыбку как и у неё, потому что недавно прочитала книжку Михаила Лабковского, а там написано, что надо делать только то, что нравится, перестать уже быть невротиком, не реагировать на раздражители и так далее. Но у него ничего не сказано о том, что же делать, когда хочется треснуть розовое пальто дверью по лицу и вежливо спросить, как оно? И уточнить, а собачка что, не отвлекла?

Благословенны будьте, Нидерланды и их обитатели. Голландцы часто шутят, что на семнадцать миллионов жителей здесь приходится около пятнадцати миллионов полицейских агентов — так занято местное население соблюдением порядка и следованию правилам.

Их заинтересованность в жизни знакомых, соседей, почтальонов и продавцов выходит за рамки простого вульгарного любопытства. Это, скорее, принципиальная жизненная позиция. Искренняя уверенность, что всё происходящее вокруг — твоё личное дело. Во имя всеобщего блага и мира во всём мире.

Конечно, я сейчас больше о небольших городах и деревнях, которых здесь очень много. С другой стороны, отдыхали мы летом в Испании. Так там девочка из Роттердама носилась по детской площадке за Коринн и рассказывала ей, что этот мячик трогать нельзя, ей воспитательница сказала, за территорию площадки убегать тоже не рекомендуется, существуют же правила и так далее. Коринн ещё нет и двух лет, потому она наплевала на сотрудника органов втрое её старше и, схватив мячик, упрыгала на нём в закат, а именно во взрослый бассейн.

До сих пор не знаю, как к этому относиться. Вроде как, с непривычки раздражает, если не сказать хуже. Продавщица в супермаркете, которая спрашивает, какие у меня сложились отношения со взрослой дочкой Адри. Наш водитель, который попёрся за мной в клинику планирования семьи, хотя должен был ждать в машине. Дальний родственник, который услышал от мойщика окон, что мы продаём имущество и уезжаем на землю Франца-Иосифа.

Читайте также

Как воспитывают детей в Голландии: взгляд русской мамы

Как-то прихожу домой, а у Адри виноватый вид. Тебе Кейс не звонил, спрашивает. Я отвечаю, что нет, сто лет его не слышала. Оказалось, что Адри днём обедал с нашей общей подругой Мартой в известном амстердамском ресторане. Они дружат лет эдак двадцать, шикарный ланч был подарком Адри ей на день рождения. Я знала это, естественно. За соседним столиком сидел тот самый Кейс и всеми своими органами подмигивал Адри, мол молодец мужик, мало того, что женился на молоденькой, а всё туда же, девиц по ресторанам водишь, да ещё каким! Мигать-то мигал, но потом вполне мог и донос состряпать. Так что муж явился с повинной в надежде на смягчающие обстоятельства.

Я не спешила выносить приговор, так как у меня и самой рыльце было в пушку — вместе с одним общим знакомым готовили мужу на день рождения сюрприз. И чтобы обсудить его, встретились в пабе недалеко от дома, где были обстреляны мелкой дробью уничтожающих взглядов. А когда я увидела на районе знакомого фитнес-тренера афроамериканца и пошла спонтанно пить с ним кофе! В платье!!! Что было…

Потому и занавески здесь в домах никогда не задергивают — демонстрируют окружающему миру, что скрывать нечего. Мол проверяйте, всё прилично, никаких «ты-просто-космос-стас», посторонних тренеров, садовников или сантехников. Смотрите себе на здоровье. Всё чинно, семейно и очень хезелих.

А с другой стороны… видела как-то в Питере из окна маршрутки мерзкую бабу, которая орала на рыдающего мальчика лет двух: «Обоссался, засранец!». И замахнулась для удара. Все проходили мимо, некоторые с интересом смотрели. Баба-садист была одета безвкусно и дорого, мальчик как с картинки. Было ясно, что тётка эта — психопатка, ребёнка обижает не в первый раз и связываться с ней себе дороже. Ещё неизвестно, кто у нас муж. А вдруг местный волшебник на джипе и с охраной? В жабу никому превращаться не хотелось. И никто, никто ничего не сделал.

Зачастую максимальная наша мера социальной вовлечённости — выложить видео на ютьюбе с гневным комментарием или вывесить фотографию в фейсбуке

Мне кажется, дело отчасти в постсоветском воспитании. Давать непрошеные советы — некрасиво, делать замечания незнакомому человеку — бестактно, толкнул на улице прохожего — извинитесь оба. Взять эту недомать за локоток, отвести в отделение полиции и накатать на неё заяву — верх абсурда. Да и вообще я по делам иду, мне некогда. «Мы ленивы и нелюбопытны…» — укорял соотечественников Александр Сергеевич. Может, прав был?

Друзья, это не критика. Как можно осуждать целую страну? Просто когда ты иммигрант, то ежечасно сопоставляешь и взвешиваешь особенности двух культур. Секрет здесь — стараться не давать оценок. Здесь принято делать так. И всё.

Читайте также

11 причин, почему голландские мамы такие счастливые

Мне хочется верить, что такое раздражающее голландское любопытство часто является залогом общественной безопасности. Очень трудно нарушить закон в стране, где живет пятнадцать миллионов полицейских всех возрастов. Вы знали, что тюрьмы в Нидерландах закрывают из-за отсутствия заключённых? Понастроили, а сидеть некому, такая национальная проблема. Но слышала от соотечественников и неприятные истории — о доносчиках-соседях, о тайных жалобах, анонимных письмах в полицию и так далее. Этого добра тоже хватает. Меня пару раз коснулось, но мельком.

На самом деле, текст даже не про любопытство, а про другое. Про принятие чужой культуры. Про оптимизм. Про умение видеть хорошее в непонятном или раздражающем. Как в известном анекдоте.

Поэтому я смотрела на назойливую голландку в розовом пальто и говорила себе: «Спокойно, Викуся, главное, улыбайся и думай о лошадке. В конце концов, именно из-за таких, как она, вам дом не обнесут, пока вы на Канарах в бассейне краденым мячиком играетесь».

Хотя, может, если бы нам всем стало чуточку не всё равно, что происходит на улице или в соседнем доме…. то самое призрачное всеобщее благо стало бы немного ближе?

Думаем о лошадке, друзья! Всегда думаем о лошадке.