6 советов психолога парам, воспитывающим тяжелобольного ребенка
Взрослым в таких семьях помощь порой нужна даже больше, чем их детям

Официальной статистики о разводах в семьях, воспитывающих детей с особенностями развития, в России не существует. Но психолог Вера Луптакова, новый блогер «Мела», работает именно с такими семьями и знает на практике: они распадаются часто. Она написала честный и поддерживающий текст для тех, кому сейчас тяжело.
Я работаю психологом в фонде «Завтра будет» и вижу, как разрушаются отношения родителей детей с тяжелыми заболеваниями или особенностями развития. Взрослым в таких семьях нередко нужна помощь даже больше, чем их детям. По наблюдениям моих коллег и моим собственным, более 60–70% родителей таких детей находятся в состоянии эмоционального истощения — и большинство из них не получают никакой поддержки.
Откуда берется кризис
Болезнь или особенности развития ребенка вынуждают семью полностью перестроить привычную жизнь: меняется распорядок дня, рушатся планы, пересматриваются приоритеты. Именно эта резкая смена уклада, а не сам диагноз становится главным источником стресса. Плюс возникает множество других вопросов, которые нужно решать:
- заработать деньги, чтобы обеспечить семью;
- пройти личные кризисы (а они есть у всех);
- позаботиться о других детях и родственниках;
- найти время для отдыха и восстановления.
В таком ворохе забот любовь и супружеские отношения часто уходят на второй план и начинают возникать претензии.
Главная ловушка: несинхронное переживание
Родители, которые услышали страшный диагноз, проходят стадии отрицания, гнева и принятия. Проблема в том, что проходят они их не синхронно.
Часто родители не могут вместе вынести тяжесть диагноза, им проще пережить его, физически отстранившись друг от друга.
Я консультировала семью, где после постановки диагноза ребенку муж и жена оказались в разных городах. Мать с сыном переехала ближе к больницам, отец остался жить и работать в районном центре. Семья многодетная, привычный уклад нарушился. Выстроить новый быстро не получалось — уровень стресса зашкаливал у обоих.
Как правило, ситуация в таких семьях развивается по одному из следующих сценариев. Или по обоим сразу.
- Мужской: уход в отрицание и работу. Столкнувшись с болезнью, отец испытывает беспомощность и вину. Включается защитный механизм — избегание. Мужчина задерживается на работе, старается меньше бывать дома (объясняя это заботой о семье). Это дает ему чувство компетентности — ведь перед болезнью ребенка и горем жены он бессилен.
- Женский: гиперопека, слияние с ребенком. На первый план выходит материнский инстинкт — закрыть ребенка от опасностей мира. Женщина перестает быть женой, подругой, любовницей. Остается одна роль — матери, к которой добавляются роли сиделки, медсестры и адвоката. Эмоционально женщина истощена. Когда мужчина отстраняется, она воспринимает это как предательство.
Как результат женщина чувствует себя брошенной с ребенком на руках, отец — ненужным и бесчувственным.
Что можно сделать
1. Наладить контакт: 15 минут честности
В семьях с больными детьми катастрофически не хватает времени на разговоры по душам. Введите правило: 15 минут честности. Нужно услышать друг от друга не обвинения, а эмоции и чувства. Говорите по очереди о своих переживаниях: «Я боюсь…», «Я злюсь…», «Мне больно…». Избегайте фраз «Ты меня бесишь», «Ты не помогаешь».
2. Принять ситуацию и стратегии друг друга
Один партнер может плакать, другой — злиться. Это не значит, что кто-то «недостаточно переживает».
Самая большая ошибка — молчать о своих чувствах и потребностях. Тишина создает дистанцию. Перед разговором уточняйте: «Мне сейчас нужно просто выговориться» или «Мне нужна твоя помощь в решении проблемы».
3. Найти общее решение и распределить обязанности
Обсуждайте, как можете помогать друг другу, даже если находитесь в разных местах (один в больнице, другой на работе).
Гиперопека мамы часто возникает от недоверия к отцу. Она попросту боится оставить ребенка с мужем, потому что «он не так держит, не то дает». Но здесь очень важно понимать: чем больше отец взаимодействует с ребенком (купает, делает массаж, гуляет), тем сильнее его привязанность — и тем ниже риск ухода из семьи.
Делегируйте отцу конкретные медицинские процедуры и уход без критики. Пусть делает «не так, как мама» — это его способ быть полезным.
4. Будьте друг для друга супругами хотя бы 1 час в неделю
Отключите «режим родителей». Напоминайте себе, что вас связывает не только горе. Говорите в этот час о чем угодно, но не о болезни ребенка: музыка, фильмы, новости, друзья, путешествия.
Скажите слова поддержки: «я с тобой», «мы справимся».
Просто побудьте рядом, даже молча. Обнимите, подержите за руку, возьмите на себя часть бытовых забот. Подарите маленький знак внимания.
5. Обратитесь к психологу (по возможности)
Не бойтесь просить помощи. Со специалистом на восстановление уйдет меньше времени и сил, а шанс наладить отношения гораздо выше.
Расскажу, как это сработало в семье из примера, который я привела выше.
В начале нашей работы родители даже не могли найти контакт — не общались вовсе. После нескольких консультаций с мамой мы сняли общую тревожность и стресс. Затем провели онлайн-консультацию с отцом.
Через два месяца ситуация изменилась: родители начали общаться. Совместно жить пока не получается (маме с ребенком важно быть в городе и регулярно посещать занятия в фонде), но семья на связи. Папа часто приезжает к жене и сыну, помогает физически и финансово, проводит с ними время. А главное — они начали общаться напрямую, и помощь психолога больше не требуется.
6. Помните о себе
«Я не чувствую себя женщиной. Я себя потеряла, стала непривлекательной для мужа. Превратилась в обслуживающий персонал для ребенка. Мне стыдно от этой мысли — но сил больше нет».
Это сказала мне мама на консультации. И это не исключение — это типичная история.
Если у родителя нет сил, он не может дать их ребенку. Всё просто: мы отдаем только то, что у нас есть. Поэтому следите за своим состоянием — замечайте, когда ресурс на нуле, и знайте, как восполнить его быстро и надолго. Ищите то, что наполняет именно вас.
Выделите хотя бы 10 минут в день, чтобы спросить партнера: «Как ты? Что тебе сейчас нужно?» Этот простой вопрос возвращает ощущение, что вы — команда.
И главное: ребенок с тяжелым диагнозом не должен быть скрепой брака. Брак держат двое взрослых, которые не разучились смотреть друг на друга с любовью. Разрыв можно предотвратить — если вовремя начать говорить, слышать друг друга и при необходимости обращаться за помощью. Многие пары выходят из этого испытания более сильными, чем были до него.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Обложка: © AnnGaysorn / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







