«Убираем гнев в коробочку». Почему не нужно учить детей скрывать эмоции

Мода на раннее развитие ушла, но это не значит, что современные родители могут расслабиться. Нет-нет, теперь надо научить детей критически мыслить, разбираться в опасностях в интернете, а еще распознавать эмоции. Наш блогер Светлана объясняет, почему нельзя учить детей скрывать гнев.
Недавно разговорилась с мамой четырехлетнего сына. Сразу поняла, что к воспитанию она подходит осознанно: они посещают развивающие занятия, ходят к психологу. Мама много читает про развитие детей. И вот эта мама мне говорит, что к психологу они ходят, чтобы развивать эмоции. Я уточнила, что конкретно там делают. «Работают с гневом, делают коробочки, куда потом отправляют весь гнев», — уточнила девушка,
В этот момент к нам подошел её сын. Он смотрел на меня немного удивленно, потому что я села на его стул, потом сказал: «Мне кажется, вы сидите на моем стуле». «Да, ты прав, — ответила я — так получилось, что я заняла твое место, извини. Иди садись».
Я встала и пошла искать себе новый стул, чтобы присоединиться к ним для дальнейшей беседы. Села рядом с мальчиком и спросила, сколько ему лет. Он ответил, что 4 года и при этом показал точное количество пальцев. Мне очень захотелось с ним пообщаться, узнать про эмоции, и в частности — про гнев. Стало интересно, зачем такого маленького ребенка учат справляться с гневом. Да еще и коробочку ему предлагают сделать для этого.
Темой эмоций я занимаюсь шесть лет. Слово «гнев» вызывает у меня настороженность
Это единственная эмоция, которая не поддается управлению. Её изучают, так как она влечет за собой сильные, а порой и разрушительные, последствия. Тема сложная, с ней может работать только специалист с профильным медицинским образованием, чтобы не навредить. Маленького ребенка надо учить распознавать эмоции «раздражение» и «злость», рассказывать, зачем нам нужны эмоции, какую функцию они выполняют.
Продолжаю общаться с мальчишкой. Мне интересно общаться с детьми — их мир эмоций отличается от нашего, взрослого. Спрашиваю:
— Тебя учат узнавать эмоции?
— Да.
— Что вы там делаете?
Он начал сразу рассуждать и пришел к такому выводу: «Не понимаю, почему мама злится на меня. Я хочу мороженое, она меня ругает. Говорит, что у меня болит горло. Почему нужно ругаться, не понимаю». И в самом деле: почему человек ругается, если другой хочет мороженое? Мы часто свои эмоции передаём детям, не замечая этого, думая, что это у ребёнка есть проблемы.
Эмоции детей развиваются через исследование мира, они учатся их распознавать и анализировать, чтобы в дальнейшем ими управлять. Испытывать эмоции — нормально. У нас нет плохих или хороших эмоций, они нам все нужны. Детям нужно рассказывать, что эмоции есть у всех, объяснять, почему мама может злиться, грустить, сердиться. Мы должны проводить причинно-следственные связи между эмоциями, показывать последствия поступков.
Но вернемся к гневу: перед тем, как испытать эту эмоции, человек проходит две стадии: раздражение и злость. Гнев из ниоткуда не берется. И я уверена, что прятать его — в корне неверно. Ребёнка надо учить, как предвидеть такие ситуации и не допускать развития негативного эмоционального состояния.
Если детям не показывать, как работают эмоции, им трудно будет впоследствии развить эмоциональный интеллект. Подход психолога в работе с таким маленьким ребенком помогает создать в его голове сценарий и схемы с нормой того, что гнев — это плохо, и его нужно прятать в коробку. Проблема, на мой взгляд, в том, что не формируется собственный ресурс понимания и управления эмоциями. Здесь пропускают самый важный этап в развитии эмоционального интеллекта — распознавание причин возникновения гнева. Следующая сложность — человек начнет направлять возникшие уже эмоции куда-то, вместо того чтобы найти причину возникновения того же гнева и начать бороться с ней.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: cosmaa / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?
HelenВыбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах











