За что сегодня платит клиент в онлайн-образовании
Бесплатная информация достигла точки сингулярности
Клиент в интернете перестал платить за информацию: её и так слишком много. Он платит за правильную среду,
наставничество и кнут в борьбе с ленью. О том, что ещё ждёт современный студент от образования в интернете — гендиректор «Нетологии-групп» Максим Спиридонов.

С недавних пор мы перестали отслеживать и закрывать торрент-раздачи с украденными видео с курсов «Нетологии» и «Фоксфорда». Теперь мы смотрим на рассыпанные по пиратским сайтам, сотни таких раздач, как на рекламу.
Образовательного контента по почти любой тематике, даже самой экзотической, стало так много, а его актуальность и качество стали настолько непредсказуемыми, что это изобилие снова привело к нулю. «Всё» стало равно «ничего». Наступила, своего рода, контентная сингулярность.
Отличие только в том, что, желая изучить какую-либо тему, сейчас ты не ищешь в отчаянии «хоть что-то», ты оказываешься в океане очень пёстрой информации, которую новичку крайне сложно самостоятельно структурировать в программу обучения, приводящую к достижению образовательной цели. В итоге, в попытке учиться самостоятельно, человек тонет в неструктурированном контенте.
Почему клиент современного образовательного проекта выбирает покупку курса, семинара, мастер-класса (непринципиально, онлайн или офлайн) по интересующей его теме, вместо использования огромного количества бесплатного текстового, графического, видео, аудиоконтента? Что именно он хочет получить за свои деньги? В Нетологии-групп мы понимаем ситуацию так. Вот, что студент нацелен получить:
Уверенность в качестве и полноте контента
Информации вокруг космически много. Студент считает (как правило, справедливо), что не сможет сам выделить качественный, актуальный и полезный контент из того многообразия, что его окружает. Он покупает системность и качество программы обучения. Он ждёт, что создатели программы проведут его оптимальным путём к достижению его образовательной цели. Не тратя его времени зря, но и не упуская ничего важного.
Гарантия достижения его образовательной цели
Нужно сдать ЕГЭ, выучить английский до уровня upper intermediate, освоить «Яндекс.Директ»? Если образовательная организация заявляет, что готовит к достижению нужной студенту цели, он «делегирует» ей достижение им этой цели. Часто, кстати, избыточное делегирование приводит к провалу цели. Студент отпускает вожжи, считая, что обучение полностью зайдёт само. А так не бывает.
Среда, которая стимулирует учиться
Все мы ленивы. Сознательно или нет, но мы предпочитаем, чтобы в процессе учёбы нас подгоняли извне. Расписание с часами начала занятий, чёткие правила, которые нужно выполнять, жёсткие сроки выполнения домашних, практических, дипломных работ. Таким образом формируется среда, которая стимулирует, подталкивает студента к образовательной цели. Иными словами, в этой части образовательного продукта, студент покупает кнут, который будет его подгонять.
Окружение, которое поддерживает и развивает его внутреннюю мотивацию
Обучение идёт куда лучше, если студент имеет внутреннюю мотивацию. Для этого его нужно погрузить в окружение, которое мотивирует его двигаться к образовательной цели, пробуждает и поддерживает его внутреннее желание учиться, его любопытство, его радость от достигнутых результатов.
Студент покупает социализацию: обсуждения с одногруппниками, советы координаторов или кураторов, ответы на вопросы от аспирантов или старост, иных участников образовательного процесса. Часть задач по формированию такого рождающего мотивацию окружения можно автоматизировать разработаннной под проект геймификацией. Но только часть. Всё равно остаётся необходимость в «тёплом ламповом» человеческом участии.
Наставничество и коучинг
Наставник — это старший товарищ, который уже достиг желаемой студентом образовательной цели и знает путь туда. Роль наставника — провести некоторую (порой, значительную) настройку программы обучения под уровень знаний и личные особенности студента. Вместе с этим — вселить в студента уверенность в достижимости цели, помочь ему с верой в победу.
Времяпрепровождение и edutainment
Не всегда, но нередко, обучение — это ещё и развлечение, времяпрепровождение, которое кажется студенту более наполненным, осмысленным (а поэтому правильным), чем «пьянка, телевизор и тусовки». В этом случае перед студентом может не стоять конкретной образовательной цели. Для него интересен сам процесс.
Практические выводы, которые я сделал из вышесказанного для наших проектов: содержимое (программа обучения, контент) по умолчанию должны быть хорошими (ещё лучше — безукоризненными). Но сами по себе они не стоят денег. По крайней мере, не тех, на которых можно построить серьёзный бизнес. А продаём мы сервисы, построенные вокруг систематизированного контента:
- социализацию внутри обучающейся группы;
- погружение в тематическую среду;
- наставничество и коучинг;
- стимулирование к продвижению по программе;
- усиление мотивации студента через геймификацию образовательного процесса.
Пожалуй, это и есть то образование, которое ждёт современный студент.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть












