
Если вы собрались отправиться с ребёнком на групповую экскурсию в музей, этот список будет вам полезен. Если вы нашли здесь свой автопортрет — поздравляю, скорее всего, вы неудобный персонаж. Собираясь в музей, будьте ответственнее.
Человек-фотоаппарат

Человек-фотоаппарат — один из самых распространённых персонажей в музейной среде. Охотится на экспонаты благодаря личному рвению, плохой памяти или необходимости отчитаться. Охотится самозабвенно, забывая о том, что пришёл с группой детей, за поведением которых нужно следить, что в самом начале вежливо попросили выключить вспышку и что экскурсию надо слушать в принципе. В общении с человеком-фотоаппаратом необходимо быть аккуратным и вкрадчивым — персонаж крайне обидчив и чувствителен. В зависимости от личности гида, может быть глух к адекватным просьбам.
Любимые фразы: «а здесь можно сфотографировать?», «совсем нельзя?», «ну а если чуть-чуть, никто же не видит?»
Человек-нарцисс

Нарциссы похожи на фотографов, однако целью съёмки выбирают себя, иногда себя с ребёнком/подругой/экспонатом: «это — я и восковой индеец». «это — я сижу», «это — я сижу, но уже в очках». Нарцисс находит сюжет в любой точке музея, готов полюбить любой экспонат и призвать сфотографироваться любого участника экскурсии, даже экскурсовода.
Персонаж определяется рядом боевых приёмов: томный взгляд, губки бантиком, брови домиком. Некоторые части лица можно закрыть пальцами или ладонью: глаза (я скрываюсь от ФСБ), рот (испуг и удивление в одном фото), нос (я нахожусь в музее чего-то съедобного и я как будто зря отдал деньги). На просьбы вести себя соответственно обстановке реагирует как человек-школьник (см. ниже).
Человек-говорун

В отличие от птицы академическими познаниями может не блистать или тщательно скрывает. Скрывает за разговорами. Говорунам очень не хватает общения в жизни, потому они подбирают самую подходящую обстановку — музейную экспозицию.
Разговор может продолжаться на протяжении всей экскурсии, ведётся на отвлечённые темы, громко, чтобы краем уха мог послушать гид. Особенность — вирусность поведения: при отсутствии замечаний, после появления одного говоруна, беседу начинает вести вся группа. Плюс подобного персонажа: после устной просьбы стараются быть «правильнее», разговаривая громким шёпотом.
Человек-школьник

Человек-школьник — не школьник на самом деле. Это может быть и молодая мама, слегка за 25, и дама бальзаковского возраста. Психологический возраст персонажа останавливается где-то между первым классом и началом полового созревания. В зависимости от психологического возраста, существуют две крайности.
Более взрослая: на протяжении экскурсии, в то время как группа слушает речь гида, человек-школьник занят решением важных государственных вопросов. Рука сжимает телефон, большой палец неистово набирает сообщения в социальных сетях и мессенджерах на разные темы.
Юная версия задаёт очевидные вопросы, ответы которых зачастую непосредственно изрекаются гидом. В сущности, от детей персонаж может отличаться лишь ростом и социальным статусом. Что характерно, получив замечание, человек-школьник несмотря на возраст виновато опускает глазки, может шаркать ножкой и смущённо улыбаться.
Человек-юморист

Он ждал неделю, чтобы сказать шутку и задать некорректный вопрос. Его не волнует, что шутка неоригинальна и лишена главной составляющей — юмора. Прослушав лекцию о Чайковском, он спросит, был ли композитор гомосексуалом. В музее Булгакова бросится гладить Бегемота раньше детей. В музее шоколада скажет, что собирается съесть всё, включая экспонаты.
Человек-юморист не опасен, его шутки, как правило, не веселят публику. Лучший способ борьбы — милая улыбка, адекватный скепсис и посещение центра для йоги во внерабочее время.
Человек-ждун

Обладатель гран-при за скромность и выносливость в течение части экскурсии, предполагающей интеллектуальные потуги и послушание. Проявляет порочность ближе к концу или, если в музее есть мастер-классы или другой «экшн», непосредственно перед началом физической активности.
Ждун по своей натуре — мирное существо, доброжелательное, но, если не дожидается, склонен к агрессии. Признаки недовольного ждуна — недовольное цоканье, закатывание глаз и фраза «а что, уже всё?».
Любимые фразы: «А мастер-класс будет?», «А мы будем сами делать ёлочную игрушку?», «А когда будут показывать Мону Лизу?»
Человек-вирус / Человек-псевдовирус

Подобно двуликому Янусу, эти сущности чаще всего встречаются в одной группе, в редких случаях — в одном человеке. Иногда вас может посетить только «вирус» или только «антивирус». Отличительная черта — отношение к разным болезням.
Человек-вирус везде видит микробов, опасность и эпидемию. Способен протирать стул, прежде, чем на него сесть, не разрешать ребёнку надевать очки дополненной реальности и — о боже — не будет трогать предмет, передающийся группе для ознакомления.
Псевдовирус выделяется своей неопределённостью. То есть он как бы боится, но не очень. Или сомневается. Или не знает, можно ли. Может разрешить аллергику попробовать щербет при условии, что тот будет выплевать орехи, и неважно, что у того лицо, как у Дэдпула.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения





