«Я сидел в классе, и за мной пришла мама. Она была пьяная»
В обществе есть целый список устойчивых представлений о детях из детского дома. Например, что они плохо учатся и не хотят ничего добиваться. Рита Вестфалл для блога фонда «Арифметика добра» рассказывает историю Стаса — отличника, который мечтает стать известным хирургом и опровергает все стереотипы.
Рассказать о Стасе в одной статье — это как рассказать о целой вселенной в школьном сочинении. Этот мальчик настолько наполнен мыслями, чувствами, идеями и мечтами, что уместить всё в буквах совершенно невозможно. Но очень нужно, потому что это важно для Стаса, важно для его будущего, а, значит, важно для нас.

В видеоанкете, снятой 3 года назад волонтёрами фонда, который занимается поиском приёмных семей, кареглазый улыбчивый мальчик с восхищением и уверенностью говорит, что хочет стать хирургом. Сегодня, спустя столько времени, за которое у обычного ребёнка всё бы уже 20 раз поменялось, повзрослевший, но тот же мальчик с ещё большей уверенностью сообщает, что мечтает лечить людей и будет хирургом.
Стасу скоро 16 лет. Из роддома мама забрала его домой, к старшему брату Женьке. Но через 3 года мальчик был изъят из семьи и помещён в приют — мать злоупотребляла спиртными напитками и не могла исполнять родительские обязанности. Стас мало помнит из того времени. Знает, что пошёл в детский сад, куда нянечкой устроилась работать его родная бабушка. Ей разрешали забирать мальчиков домой.
Через 2,5 года ограничение в родительских правах матери было снято и почти шестилетний Стас снова оказался дома, с мамой. «Мне было, кажется, там нормально, она, мама, нас кормила. Со мной часто сидела бабушка. Такого, чтобы мама читала мне или играла со мной, я не помню. Помню, что на Женю она ругалась. Наверное, он получал плохие оценки». Стас прожил дома около года, пошёл в первый класс.

«Я всегда ходил на продлёнку, мы там занимались английским, делали уроки, играли. Я сидел в классе, и за мной пришла мама. Она была пьяная. Она говорила: „Иди ко мне“. А я не знал, что мне делать. Школа вызвала полицию, и меня забрали. Кажется, я не плакал. Нужно было ждать в отделении, там были хорошие тётеньки, они давали мне книжки. А потом меня отвезли в приют. Позже туда привезли брата. Мама не приходила, приходила бабушка. Уже оттуда мы уехали в детский дом. Больше дома я никогда не жил».
Стас стройно мыслит, прекрасно формулирует и чётко знает, чего хочет. В пятом классе он стал отличником по всем предметам и никогда не учился плохо, проявляя к учебе не просто интерес и уважение, а настоящую страсть. «В самом начале я учился так себе, плохо даже. А потом, меня как озарило. Я почувствовал такой толчок, силу, и стал учиться. Всё наладилось, я стал отличником. Я обожаю учиться, мне это интересно. Как будто чего-то не хватало, и оно раз — и появилось».
Стас берёт книги в библиотеке, дополнительно занимается с репетиторами, посещает кружок в медицинском институте, чтобы ещё лучше знать химию и понимать будущую профессию. Он танцует, читает стихи и увлекается театром. «У нас, конечно, нет специальных преподавателей по театральному искусству, но мы сами готовим постановки, выступаем. Мне нравится декламировать со сцены, говорить с залом. Я разносторонний человек, не зациклен только на биологии, математике. Я в равной степени люблю литературу и химические реакции. И говорить с умными людьми люблю. Если честно, я сам не знаю, как это получилось. Я знаю, что думают о детях в детских домах».
Первое воспоминание Стаса из детского дома — воспитательница, которую он очень боится. Старшего брата поселили отдельно, но то, что он был рядом, здорово поддерживало. Сейчас Жене 21, со Стасом они не сильно близки. «Самое начало жизни у меня всё как в тумане, я просто ничего не помню. Мне кажется, что я видел моего отца однажды. Я стоял в подъезде, и там был мужчина, он что-то принёс мне, на нём были очки. И вот это воспоминание, что я маленький, а он такой большой, — оно очень сильное, поэтому я думаю, что это был не просто мужчина».

Бабушка навещала Стаса регулярно и навещает сейчас. Мы не знаем, почему она не оформила на себя постоянную опеку, и он тоже не знает. Но ни с одной приёмной семьей, которая приезжала, чтобы познакомиться с ним, Стас встречаться не соглашался: «Я думал, что это предательство, я не мог взять и бросить её, уйти из детского дома в семью».
Стас бережно относится к карманным деньгам, которые получает в детском доме. «Я вообще не транжира, умею копить, спокойно отношусь к деньгам. Смотря какое у меня настроение, могу купить что-то вредное и съесть, но никогда не потрачу всё на ненужные глупости. Я не схожу с ума от того, что не могу пока купить себе то, о чём действительно мечтаю: ноутбук, клёвый велик. Я, например, никогда не был за границей. Когда закончу университет и стану хирургом, поеду в своё первое путешествие. Начну с Франции, хочу побывать в Париже. Мне кажется, хороший старт для отпуска знаменитого врача!»
Стас знает очень и очень многое, но теряется на вопросе о том, кого бы он мог назвать значимым взрослым в своей жизни
«Понимаете, я никого не могу выделить. У меня ко всем взрослым одинаковое отношение, они все равны. Я брал от всех по чуть-чуть, что-то в школе, что-то в детском доме. А вот так, чтобы какой-то особый взрослый, нет, такого в моей жизни нет».
Стас обожает книги Мишель Пейвер, Кейт Кэри и Черит Болдри. «В свободное время много читает» будет описанием действительности, а не оборотом речи. В программе «Шанс» Стас два года занимается английским, химией и биологией. В старших классах ему бы очень хотелось взять дополнительные предметы, чтобы повысить баллы ЕГЭ и поступить в московский вуз.
Вера Стаса в собственные силы, его стремление и внутренний стержень способны мотивировать любого взрослого с гораздо более лёгкой судьбой. Нам очень важно, чтобы Стас остался в программе и имел возможность учиться дистанционно и дальше. И это зависит от каждого, кто прочитает статью об этом удивительном мальчике из Архангельской области.
Во время интервью я спросила Стаса: «Какое твоё самое плохое воспоминание из детства?» «Думаю, что это то неприятное, чего я не помню. Из очень раннего детства, точно». «А какое самое хорошее воспоминание из детства?» — «Самое хорошее ещё, надеюсь, будет. Оно просто в будущем».
* Собранные средства пойдут на оплату уроков для Стаса и других детей из его детского дома.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения






