«Просила у родителей или собачку, или сестренку». 13 историй о реакции детей на прибавление в семействе

Быть старшим в семье — это очень непросто! Попросили взрослых поделиться своими воспоминаниями о том, как они восприняли свой новый статус, а родителей рассказать как их дети реагировали на то, что в семье появлялся еще один член семьи.
«Для меня младшая — лучший на планете человек»

- Родители еще осенью стали спрашивать нас с братом, не против ли мы еще одного ребенка. Нам было по 11 лет. Отвечали, что против — как-то не хотелось, нас и так было уже двое. Через пару месяцев, в январе, мама праздновала свой день рождения. Перетащила стол в гостиную, позвала бабушек. Я тогда любил ковыряться в ее телефоне (своего не было) и решил запечатлеть момент — поставил на запись диктофон и спрятал его в комнате, чтоб никто не знал что я прослушиваю. И тут за накрытым столом мама объявляет: вторая неделя. Бабушки в восторге, я в шоке. Не помню как точно отреагировал, но ощущения были странные: казалось, что все разговоры до этого просто какой-то прикол и ребенка никто не планирует. Про диктофон я тогда совсем забыл и запись не сохранилось — не до телефона было. Жаль, конечно: сейчас бы с радостью переслушал тот мамин рассказ. Хотя меня до сих пор удивляет, как я подгадал нужный момент, прямо чуял.
- Я у родителей каждый Новый год стабильно просила либо собачку, либо младшую сестру, и как-то раз на летних каникулах мне радостно сказали, что у меня будет сестренка. Я тогда была суперсчастлива, но, когда младшая родилась и когда учителя в школе спрашивали меня о ней (что-то вроде: «Ну как твоя мама? Сестренка родилась уже?»), я отвечала в ступоре: «Ну, она (сестра) есть…» Не помню, что именно чувствовала — что-то смешанное, и радость быстро сменилась раздражением: меня кусают, дергают за волосы, трогают мои вещи. Главное — не отбирают родительскую любовь, но здорово отбирают их внимание. Мне это только на руку сыграло, потому что наконец меня освободили от ежедневных проверок домашки и оценок, я могла списывать ГДЗ и чувствовать себя свободнее. Сейчас для меня младшая — лучший на планете человек, я ее оч люблю и стараюсь никому не давать в обиду.
- Моя реакция в 14 лет — шок, гнев, непонимание. Просто обо мне не заботились должным образом, отношение скорее холодное; понять, что мать теперь уже осознанно хочет ребёнка, было мягко говоря обидно и грустно. Я думала, это потому что я маму окончательно разочаровала, она поняла, что я безнадежна и «первый блин комом». Но когда сестрёнка родилась, ненавидеть её я не смогла. Малыши есть малыши. И мама стала в целом добрее, так что её рождение всем пошло на пользу.
- У меня с братом разница в 3 года, вообще о ревности не помню, да и мама такого ничего не рассказывала. Старшей дочери было 6 когда родилась младшая. Помню как её огромные глаза налились слезами, когда они с мужем меня встречали из роддома, а я вышла одна (ребёнка медсестра пеленала) и её отчаянный вопрос шёпотом: «А ты что Соню не взяла?!»
- Когда мне было 5 лет, мы с братом ждали и радовались рождению сестры, но в 12 лет, когда узнала о рождении ещё ребёнка, была в шоке рыдала навзрыд, жить не хотелось на тот момент.
«Прилетайте птички, выклюйте ему глазки»

- У меня 4-ро детей, отношения разные. Меня радует, что проявления ревности не были на младшего, дети проявляли её именно к взрослым, вроде: «За что вы его так любите, он же ничего хорошего не сделал!» Удивила радость старшей дочки, уже имеющей двух братишек, на новость о сестрёнке.
- У меня хватило ума родить всех за 8 лет. То есть, у самого старшего и младшего разница 8 лет. А всего четверо. В таком возрасте они всегда рады только. А потом подростковый возраст, эго растет, сами же по себе знаете.
- Мой первый ребенок (мальчик, 5 лет) так по взрослому отнесся к появлению у него сестренки. Теперь очень помогает, любит с ней играть и держать на ручках! Очень скучает, когда без нее. Хотя и хотел братика! Ревности никакой нет!
- Дочка (3 года) очень хорошо восприняла новость о сестрёнке. Мы вместе готовились, каждый день обсуждали, делали покупки, и т. д. но когда она родилась, у старшей начались сильные заикания. Видимо, потому что по первости не было возможности уделять столько же времени старшей. Внешне она никак не проявляла ревность, с сестрой замечательно общалась. В итоге мы три месяца лечили заикание: остеопаты, неврологи, психолог, дефектолог. Сейчас проблему удалось победить, но я теперь понимаю, что она очень многое переживает внутри, прячет. Работаю над этим.
- У меня старшая очень просила маленькую сестричку. И когда я приехала с сестрой, очень радовалась, ей было 4. Мы гуляли, и она подбегала ко всем знакомым «Вы видели, что у меня маленькая сестричка?»
- Когда вернулась из роддома с младшей, старшей было всего 2 года и она с порога мне выдала: «Мам, можно я ее подержу на ручках, я справлюсь, не уроню». И очень ее любила, и помогала, и играла. В целом девочки были очень дружные, надеюсь, что после того как пубертат закончится это все вернется, потому что сейчас они конечно как кошка с собакой — говорят так всегда бывает у сиблингов, когда маленькая разница в возрасте.
- Девчонки очень хотели еще одного ребенка. Младшая даже писала письмо аистам, просила сестренку с розовыми волосами. И они так трогательно мой живот всегда гладили и наблюдали, как ребенок толкается. А когда он родился, они его просто затискали, да и до сих пор тискают, помогают, защищают. Средняя для него царь и бог, а она его обожает и готова играть с ним дни напролет вместо уроков и школы. А старшая тогда предложила обзавестись еще сразу парочкой детей, чтобы было как в детском садике — с двухъярусными кроватями и шкафчиками для каждого. До сих пор с теплотой вспоминаю, как старшая дочь просила разрешить ей брата в слинг наматывать и носить хоть по 10 минут — а ей тогда самой всего-то 7 лет было.
- Когда у нас родился младший ребенок, старшая дочка очень сильно ревновала. Я сына укладывала спать на балконе в коляске, и она подходила и приговаривала: «Прилетайте птички, выклюйте ему глазки». Но постепенно ревность отступила и сейчас они пусть и не лучшие друзья, но другу другу помогают и живут вполне мирно.
Фото на обложке: Giuseppe_R, Igisheva Maria, Chutima Chaochaiya / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







