Что происходит в классе, когда приходит новенький

В издательстве «Самокат» вышло переиздание норвежской книги для подростков Эндре Люнда Эриксена «Осторожно, Питбуль-Терье!». В класс приходит новенький. Но это ещё ничего — новенький, который называет себя Питбуль-Терье, оказывается агрессивным парнем, который напрашивается в друзья к Джиму. Мы публикуем вторую и третью главы книги.

Питбуль-Терье показывает зубы

Учитель заранее предупредил, что мы должны встретить новенького хорошо. Такие предупреждения всегда, мягко говоря, пугают.

— Даун наверняка, — сказал Курт. Мы стояли во дворе и ждали звонка на первый урок.

— Или голубой, — сказал Рогер.

Курт и Рогер мои лучшие друзья. Но Курт круче. Он одевается в крутом магазине для сноубордистов и говорит всегда дело.

— Никаких телячьих нежностей с новеньким, — сказал он мне. — А то решит, что он тебе понравился. И приклеится. Потом принесёт подарочек на Рождество. Охнуть не успеешь, и дело сделано — тебе капут.

— Сколько раз такое видел! — подтвердил Рогер.

Рогер попроще Курта. В смысле стильности. У него пластинка на зубах, и вообще он вечно ходит в бейсболке, даже сейчас, зимой.

Прозвенел звонок, все ринулись к дверям школы.

И тут Курт узрел его. Первым.

— Ого! — сказал он и показал на что-то у себя за спиной.

Я такой, увы, невысокий, что не увидел ничего. Одни головы. Но вдруг вся толпа дружно шарахнулась и прижалась к дверям.

— Не давите так! — заверещал кто-то из девчонок.

Я спросил, что происходит.

— Там новенький, — объяснил Курт. — Амбалище!

Народ перешёптывался и перемигивался, кто-то ахал, кто-то охал или говорил: «Вот это да!» и «Ничего себе!», вдруг все расступились, и образовался коридор.

На том конце я увидел его. Новенького. Мама дорогая, вот это туша. Борец сумо какой-то

Он пошёл к дверям. При каждом шаге складки жира колыхались, а обвислые щёки болтались, как у бульдога. Народ попятился, но один парень из четвёртого «В» соображал не быстро и оказался-таки у новенького под ногами. Тот отпихнул его, и тугодум из четвёртого «В» рухнул мордой на асфальт и заплакал. У самых дверей стояла девчонка с косичками. Она отскочила в сторону, а новичок взялся за ручку двери и стал дёргать. Дверь была заперта.

Стало очень тихо. Только редкий шепоток вокруг. В конце концов Курт прокашлялся и спросил:

— Это ты новенький?

Жиртрест медленно повернулся в нашу сторону. Видок у него был недобрый.

— Как тебя зовут? — спросил Курт. Вопрос прозвучал вроде как дружелюбно, но я-то Курта знаю, это он прикидывался.

Новенький прогудел что-то, но ответ заблудился в недрах круглых щек.

— А?

— Терье, — сказал новичок.

— Как ты сказал? — переспросил Курт. — Жирдяй-Терье?

Народ начал хихикать.

Жирдяй-Терье посмотрел на Курта с ненавистью.

— Ты очень жирный, понимаешь? — пояснил Рогер.

Я было засмеялся, но быстренько заткнулся: Жирдяй-Терье налетел на Курта, повалил его на землю и уселся верхом всеми своими килограммами. Потом сдавил своими лапищами Курту горло и начал его трясти.

Школьный двор умолк.

— Будешь называть меня Питбуль-Терье, — рычал новенький. Он тряс Курта, как тряпичную куклу. У Курта щеки стали цвета помидора, он хрипел и кашлял. Я покосился на Рогера. Тот стоял точно громом поражённый: молча, вытаращив глаза и разинув рот.

Курт выдавал какие-то придушенные рулады. Питбуль-Терье усилил хватку и ощерил зубы.

— А если попробуешь звать иначе, — пыхтел он, — будешь иметь дело с моим питбультерьером. — Усёк?

Курт кивнул. Питбуль-Терье отпустил его, поднялся. Пришёл учитель, отпёр дверь, и Питбуль-Терье протиснулся в школу.

Мы с Рогером помогли Курту подняться.

— Придётся из этого психа котлету сделать, — просипел Курт.

Я был с ним полностью согласен. Где это видано, так себя вести?

Питбультерьер

На самом деле мне кажется, что Питбуль-Терье меня преследует.

Когда наш учитель Бернт вошёл в класс вместе с Питбулем-Терье, то сам он тащил парту, взятую в выпускном классе, а Питбуль-Терье нёс от неё стул. Вот орясина. Со своего места я видел, что Бернт о чём-то спросил Питбуля. Тот повертел головой, оглядывая класс своими нехорошими глазами, и вдруг остановил взгляд на мне. Мало того — он показал на меня пальцем!

После чего к моей парте приткнули эту здоровую.

Вообще-то я никого не боюсь. Но если этот «кто-то» — амбал, огромный, как борец сумо, и только что на твоих глазах разделал под орех самого крутого парня в классе, то для тревоги появляются известные основания.

Читайте также

10 книг о травле в школе

Я украдкой взглянул на Курта. Я собирался состроить гримасу типа «вот ведь влип» и показать, как мне противно, что этот Питбуль-Терье свалился на мою голову. Но Курт смотрел прямо перед собой непроницаемым взглядом. Курт мастер принимать удары судьбы невозмутимо.

Бернт спросил, не хочет ли Питбуль-Терье сказать о себе пару слов.

Питбуль-Терье так отчаянно замотал головой, что щёки заколыхались, как желе.

— Но ты можешь сказать ребятам, откуда ты приехал?

Голос Бернта стал чуть тоньше и чуть выше.

— Чёрта с два!

Девочки на первых партах охнули.

— Боже мой! — пробормотала Ханне, выпучивая глаза, отчего они прямо из орбит вылезли.

Раньше за Куртом не водилось привычки поднимать руку. Если он хочет сказать, то и говорит. Но сейчас он высоко вытянул свою клешню.

— Бернт! — сказал он. — В школе ругаться запрещено. Этого ученика надо отвести к директору.

Бернт рассердился.

— Ты лучше за собой следи, — сказал он Курту. Потом подошёл к Питбулю-Терье. Наклонился поближе и сказал: — Так разговаривать не надо.

— Как хочу, так, чёрт возьми, и разговариваю, — прорычал Питбуль-Терье в ответ.

И на этом обсуждение закрылось. Бернт сказал, что сейчас будет рисование. Мы не возражали.

Вдруг Питбуль-Терье кашлянул у меня над ухом. Я оглянулся. Он показывал мне свой рисунок, подняв его над партой: коричневый пёс с торчащими, как у Дракулы, острющими зубами, а с них капает кровь.

Это его любимый питбуль, надо понимать.