5 отличных детских сказок, которые не хуже Гарри Поттера
Джоан Роулинг не обидится, если вы прочитаете их все
Детские книжки не упираются только в серию о Гарри Поттере. И хотя историю английского волшебника знают все, есть ещё как минимум 5 героев (на самом деле гораздо больше), которые точно понравятся ребёнку. А ещё — расскажут, что такое репрессии, взросление, дружба и любовь.
1. Джефф Кинни «Дневник слабака»
Главный герой — Грех Хэффли, ученик седьмого класса. Его не понимают ни родители, ни друзья, ни одноклассники. Об этом он пишет в своём дневнике. Через эту историю читатель узнаёт о внутренней борьбе героя с самим собой, в которой — все страхи и переживания подростков.
Джефф Кинни написал книгу по собственным воспоминаниям. «Дневник» обогнал по тиражам «Гарри Поттера», её перевели на 50 языков. Благодаря этой книге Кинни вошёл в десятку самых богатых писателей по версии Forbes в 2013 году и больше не покидал рейтинг.
«Если ты учишься в школе — в каких-нибудь „средних“ классах — ты знаешь, что жизнь тяжела и коварна. Тебя вызывают к доске именно в тот день, когда ты — ну… что-то там не доделал. Бывает же! А на перемене и после уроков вокруг ходят, как волки, страшные, накачанные старшеклассники. Девчонки только и глядят, что на малюсенький, вскочивший за ухом прыщик. Глядят и хихикают. Да и вообще, все смеются только над тобой. Никто не понимает: ни родители, ни даже самые близкие друзья! Хочешь футбольные бутсы, а тебе дарят умные книжки или — кошмар! — „приличный“ костюм».
2. Юлия Яковлева «Ленинградские сказки» (цикл книг)
История целой эпохи, пожалуй самой страшной в истории страны, и детей этого времени через рассказ об одной семье.
Первая книга цикла «Дети ворона»: Ленинград, 1938 год. У школьников Тани и Шурки арестовывают сначала папу, а потом и маму. С ними остаётся младший брат Бобка. О пропавших родителях все говорят «ворон унёс». Совсем скоро эти же дети узнают, что такое блокада и голод. Узнают, что бывает с детьми «врагов народа». Всё это похоже на страшную сказку. Так происходящее и принимают герои книги — другого объяснения происходящему, кроме сказочного, у Тани и Шурки просто нет.
Цикл состоит из пяти книг, но пока выпущены только три: «Дети ворона» и «Краденый город» и «Жуки не плачут».
«Шурка только прикрыл глаза, а когда открыл, то оказалось, что он идёт по длинному коридору. Навстречу медленно и бесшумно шла фигура с огромным вороньим носом. Было понятно, что это тётя Рита. Но в то же время — Ворон.
От ужаса Шурка принялся бить себя по щекам. «Фу, не больно — значит, мне всё это только снится», — с облегчением подумал он.
Он бежал и бежал — тягуче. Во сне всегда бегаешь как в паутине. А коридор всё не кончался. За его стенами бормотали голоса. Хныкнул Бобка.
— Это просто шкаф, — слишком внятно и слишком громко сказал сквозь Шуркин сон мамин голос.
Глухо стукнули в ненужную дверь детской. Ту, что вела в коридор. Стукнули, подождали. Потопали прочь.
Опять голоса.
Хлопнула дверь у родителей.
— Чёрный Ворон, — раздельно произнесла тётя Рита, ликуя.
Шурка открыл глаза.
На тёмном потолке дрожал бледный прямоугольник света. За окном слышался рокот мотора. Таня спала».
3. Руне Белсвик «Простодурсен»
Фантазийные рассказы о Приречной стране, где герои пекут коврижки, делают «бульки», играют в слова и сушат башмаки. Это очень маленький мир, с особенной атмосферой и простыми, но трогательными персонажами. Иногда взрослым читать книжки Белсвика нравится даже больше, чем детям.
На самом деле, Простодурсен — не наивный простак. Его история — это история взросления. Про то, что даже с появлением ответственности, человеку надо сохранять детскую непосредственность.
Изданы два сборника со сказками о жизни героев: «Лето и кое-что ещё» и «Зима от начала до конца».
«Внезапно Утёнок обнаружил нечто странное. Сперва он даже не поверил, что это правда. Поэтому хорошенько перепроверил. И уверился, и сказал:
— Я вдруг перестал бояться.
— Вот видишь. Ты натренировал силу духа.
— И я теперь вообще ничего не буду бояться?
— Не волнуйся. Сильный духом всегда найдёт чего бояться».
4. Анна Старобинец «Зверский детектив»
Зверская эта книга только потому, что все её герои — животные. Полицейские Барсук Старший и Барсукот расследуют преступления, которые происходят вокруг. Книжка легко читается, во всех сюжетах легко узнать реальные ситуации, а иногда и себя.
Анна Старобинец больше пишет для взрослых, чем для детей. А ещё — одна из немногих работает в жанре ужасов, хотя эта книжка детей точно не напугает.
«Супермышь на секунду застыла с разинутым ртом. Потом скорчила презрительную гримасу — на лице её почти всегда была какая-нибудь гримаса, — и сказала своим пронзительным голосом:
— Я опять забыла, что вы не воспринимаете речь на высоких частотах.
Барсук Старший хотел ответить, что её голос и на доступных им частотах практически невыносим, но промолчал.
— Повторяю для непонятливых, — сказала Супермышь. — Список всех птиц Дальнего леса мне на стол!
— Так ведь мы уже вчера… — начал было Барсук.
— Вчера список был не по форме! — срезала его Супермышь. — Я же чётко сказала. Номер птицы — порода птицы — длина маховых перьев — окрас — имя.
— Но, позвольте, у птиц Дальнего Леса нет номеров, — сказал Гриф Стервятник.
— Не позволю, — холодно отозвалась Супермышь. — Нет номеров — пронумеруйте».
5. Филип Пулман «Тёмные начала»
Лира живёт в Оксфорде, её родители давно погибли, а из родственников остался только дядя — могущественный лорд Азриэл. Но мир Лиры совсем не так обычен: у неё в друзьях — бронированный медведь и лесная куница, а ещё у Лиры есть дэймон — неотъемлемая часть личности, которая всегда сопровождает человека в другом мире.
В самом начале трилогии Лира даже не знает, что она — уникальная девочка, избранная. Её ждёт опасное и длинное приключение, в котором она поймёт, что такое добро и зло, узнает правду о судьбе своих родителей, найдёт настоящих друзей.
Трилогия заняла первое место в списке 200 лучших книг по версии BBC. Кстати, фильм «Золотой компас» — экранизация книги «Северное сияние».
«Поскольку Лира оказалась на борту единственной особой женского пола (Джон Фаа, по зрелому размышлению, решил женщин не брать), ей полагалась отдельная каюта. Ну, может, „каюта“ — это громко звучит: всего лишь узкая комнатка в одно окошко (ведь не скажешь же „в один иллюминатор“, даром что корабль!), где место было только для койки. Девочка мигом сунула свои пожитки в рундук и помчалась на верхнюю палубу, чтобы сказать Англии последнее прости. Правда, когда она туда прибежала, сказать „прости“ удалось в основном английскому туману, берега просто не было видно».
Списком книг с нами поделились на круглом столе «Кроме Гарри Поттера: сказочные герои современности — кто они?» литературные обозреватели «РБК Стиль» и «Ленты.ру» Наталья Ломыкина и Наталья Кочеткова и преподаватель школы филологии НИУ ВШЭ Александра Баженова-Сорокина.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
