10 книг скандинавских авторов, которые точно понравятся детям
Что читать, если Карлсон и Муми-тролли уже не те

Писатели Северной Европы отличаются от своих коллег тем, что по-особенному умеют показать природу, уют дома и отношения в семье. А ещё создавать искренние истории, укладывая их в ни на что не похожие сказочные сюжеты. На кого из скандинавов обратить внимание, если Муми-тролли прочитаны вдоль и поперёк, а все истории про Петсона и Финдуса ребёнок знает наизусть, — Валерия Мартьянова.
Руне Белсвик «Простодурсен и все-все все»

Неспешное повествование, минимум действий, размышления и разговоры, мир, который, на первый взгляд, может напомнить долину Муми-троллей, но слеплен совсем из другой коврижки. Нелепый Простодурсен, певучая Октава, уютный Сдобсен — в переводе Ольги Дробот персонажи норвежского писателя кажутся нам такими знакомыми и смешными, как будто мы всегда их знали, просто почему-то давно не виделись. В «Самокате» вышли две книжки Руне Белсвика с историями про лето и про зиму, но читать их можно и нужно в любое время года: и под пледом в ненастный ноябрь, и на берегу реки в тёплом мае.
Мария Грипе «Дети стеклодува» и «Элвис Карллсон»

Книжки Грипе по праву считаются новой классикой шведской литературы. А всё благодаря удивительному мировоззрению автора: она была уверена, что в этом мире всё связано, что самые незначительные события, даже крохотный жук или цветок подсолнуха могут изменить жизнь всего города. Книга «Дети стеклодува» напоминает старинную сказку об украденных детях, в которой ребёнку наверняка понравится нуарная загадочность, а взрослому захочется вклеивать закладки на каждой странице и добавлять в цитатник. Грипе с первых страниц захватывает внимание и погружает в мир главного героя. Например, в случае с мальчиком Элвисом хочется непременно его обнять и утешить, защитить от пугающего мира, в котором он явно чувствует себя неуютно.
Тимо Парвела и приключения Эллы

В прошлом учитель младших классов в Финляндии Тимо Парвела, кажется, был лучшим классным руководителем. В его книжках про Эллу, которые сейчас переиздаёт на русском «Розовый жираф», столько любви к школьным воспоминаниям, проделкам, дружбе — не влюбиться просто нет шансов. Это небольшие сборники рассказов, во время чтения которых сложно будет сдержать хохот как детям, так и родителям. Гарантировано захочется читать эти книги по ролям, а если у дошкольника и есть страх перед первым классом, то он наверняка пройдёт.
Лена Шёберг. Яйца, лёд и трогательное сердце

Не художкой единой славятся скандинавы. Вот, например, Лена Шёберг влюбила в свои научно-популярные книги детей и родителей по всему миру, а началось-то всё с простого яйца! То есть, конечно, совсем не простого и далеко не с одного: там есть и яйца динозавров, и насекомых, и всевозможные гнёзда, и сказки-легенды, и даже кулинарные рецепты. «Горячие факты про лёд» и «Трогательные факты о сердце» логично продолжили серию, хотя, казалось бы, Лена берёт для исследования совсем разные объекты, но никогда не рассказывает о них скучно. Это хороший пример тематических книжек для тех дошкольников и младших школьников, которые любят находить совпадения и параллели в самых неожиданных местах и хотят изучить то, что их интересует, со всех возможных сторон.
Кристина Бьорк, Лена Андерсон и Линнея

Истории о девочке, которую назвали в честь маленького лесного цветочка (а его, в свою очередь, — в честь великого натуралиста Карла Линнея), трудно назвать полностью научно-популярными. Тут вам и её нежная дружба с соседом-стариком, и поэтичные описания природы. Зато в каждом месяце есть шанс проделать вместе с Линнеей какой-то опыт: выкрасить изнутри тюльпаны или сделать необычную кормушку для птиц. А вот во второй книге мы попадаем на перекрёсток ботаники, живописи и истории — так авторы знакомят с жизнью и творчеством Клода Моне. Отдельного комплимента, конечно, заслуживают не только иллюстрации Лены Андерсон, но и уникальные фотографии из архива великого художника, которые предоставили его наследники.
Бьёрн Оусланд. Комиксы про Нансена и не только

Удивительно, на какую авантюру решилось взрослое издательство «Паулсен», когда после серьёзных книг про северные экспедиции, дневников смелых полярных исследователей там вышла серия…комиксов об освоении Гренландии и не только. Бьёрн Оусланд — едва ли не национальный герой в Норвегии. Он получил колоссальное количество наград за то, что не устаёт рассказывать детям о героях, которые, несмотря на холод и трудности похода, стремились к своей цели, изучали новые народы, осваивали незнакомые земли. Форма комикса позволяет детям легче воспринять сухие исторические факты и даты, рассмотреть как следует, например, маршруты Нансена и «внутренности» его корабля, сосчитать всех собак Амундсена и Скотта. Оусланд с присущей ему северной прямотой рассказывает об иногда шокирующих подробностях жизни экспедиции, и, возможно, в этом и заключается секрет скандинавских авторов: они говорят со своим читателем честно и искренне, но с уважением.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть







