8 фактов из биографии Радищева, о которых всё еще рассказывают в школах, при этом часть из них — фейки

Не секрет, что составители советских учебников по литературе порой довольно творчески подходили к биографиям классиков: что-то недоговаривали, а что-то даже искажали — лишь бы это не шло вразрез с общим антибуржуазным курсом. Мы решили проверить на фейки утверждения об авторе «Путешествия из Петербурга в Москву», которые до сих пор повторяют некоторые учителя. Всё оказалось не так однозначно.

Факт 1: у Радищева была бурная молодость

Реальность: иначе не скажешь

В 1766 году Екатерина II отправила на учебу в Лейпцигский университет 12 родовитых юношей 17–19 лет, в числе которых был и Александр Радищев — сын саратовского помещика и племянник бывшего директора Московского университета.

В Европе юноши должны были прослушать курсы по праву, философии, латыни и европейским языкам. Помимо прочего, молодые люди учились естественным наукам и основам медицины. Деньги на курсы и лекции немецких преподавателей были выделены из казны — Екатерине нужны были образованные чиновники, и средств на подрастающее поколение госслужащих она не жалела.

Однако юноши не ответили на щедрость императрицы старанием и прилежностью. Как пишет литературовед Ольга Елисеева, Радищев с товарищами активно прогуливал лекции и удивлял местных жителей смелыми выходками.

Однажды, например, студенты решили проехаться верхом по улочкам Лейпцига, чем очень напугали местных жителей. Одно дело — Невский проспект в Петербурге или Тверская улица в Москве, другое — узкие улочки старинного немецкого города, где быстрая езда грозила увечьями и всадникам, и горожанину, который, к своему несчастью, мог оказаться на пути у студенческой кавалькады.

Вскоре Радищев с товарищами стали еще и частить в лейпцигские бордели, где могли подолгу пропадать в окружении куртизанок. О любвеобильности писателя в молодости пишет даже Николай Радищев, его сын. Отец, по его словам, «был пристрастен к женскому полу» — и это «был единственный его порок, если только это можно назвать пороком».

Частые посещения борделей не могли пройти бесследно: многие юноши (в их числе мог быть и сам Радищев — но этот миф не подтвержден) заразились сифилисом. Некоторым увлечение женщинами стоило жизни — еще в Лейпциге от «смрадной болезни» умер ближайший товарищ Радищева Фёдор Ушаков (не имевший никакого отношения к известному адмиралу).

Факт 2: он считал себя больше европейцем, чем русским

Реальность: неправда

Радищев был фанатом и последователем европейских просветителей — аббата Мабли, Михаэля Шмидта, Иоганна Гердера и др. Однако взгляды сближали Радищева именно с Просвещением, а не с самой Европой — местные обычаи были чужды будущему писателю.

То, что европейские нравы Радищеву не близки, стало ясно там же, в Лейпциге. Неприятно удивили писателя следующие вещи:

1. Обычай немецких студентов спать одетыми

В Европе тогда считалось нормальным ложиться в кровать в уличном платье. Объяснялось это экономией воды на гигиену и времени на утренние сборы. В России подобную бережливость сочли бы за неряшество.

2. Дурной запах в общежитиях и на улицах города

Дело в том, что в XVIII веке в Лейпциге не было канализации, что вынуждало местных сохранять средневековый обычай выливать содержимое ночных горшков в окно.

3. Немецкая кухня

Для студента в Лейпциге было обычным питаться впопыхах капустой и хлебом с соленым мясом. Русского дворянина Радищева, привыкшего к пирогам, свежим продуктам и долгим приемам пищи, такой рацион поверг в шок.

4. Отсутствие прислуги

Радищева удивило, что уборка студенческой комнаты в Европе — дело рук самих студентов. Дома и в Пажеском корпусе, где будущий писатель учился до отъезда в Лейпциг, его всегда окружали слуги, которые следили за чистотой помещения. Примечательно, что, столкнувшись с европейской реальностью, Радищев и товарищи не спешили учиться самообслуживанию — вместо этого они писали из пыльных комнат жалобы вельможам, родителям и Екатерине II, требуя назначить себе прислугу.

В общем, для Европы XVIII века Радищев оказался слишком чистоплотным и привередливым.

Факт 3: плохо писал по-русски

Реальность: это правда

По возвращении из Европы Радищев действительно имел проблемы с русским языком: за пять лет общения на французском и немецком родная речь позабылась. Впрочем, не один Радищев встречался с подобной проблемой. Симптомом галломании, имевшей при Екатерине II небывалую силу, стало то, что многие дворяне из-за частых поездок за границу говорили на французском лучше, чем на русском. Да и сама императрица, как известно, писала на русском с ошибками.

Говорить по-русски Радищев мог, но вот писать ему удавалось с трудом. Чтобы освоить литературный слог, будущему писателю приходилось много читать. Следуя совету Ломоносова, письменный русский Радищев учил по церковным книгам и сочинениям Симеона Полоцкого — видного богослова XVII века и первого русского поэта.

Отсюда ясно, почему слог Радищева так сложен. Тяжеловесную смесь церковнославянизмов с косвенными цитатами из трудов французских просветителей было трудно понять даже современникам. Да-да, язык, которым написано «Путешествие из Петербурга в Москву», был непонятен даже в XVIII веке — куда уж нам!

Факт 4: был масоном

Реальность: скорее да, чем нет

Радищев дружил и сотрудничал с масонами, однако неизвестно, был ли масоном он сам. Масонские эпизоды биографии писателя в значительной степени подчищены советскими литературоведами: вплоть до перестройки масонство рассматривалось как буржуазный пережиток. Так, советский критик Георгий Макогоненко пишет, что Радищев «ненавидел масонство и зло высмеивал его».

Вместе с Макогоненко многие советские литературоведы утверждали, что Радищев пришел в масонские круги в поиске единомышленников, в первую очередь — противников крепостного права. Вместо сторонников свободы среди масонов Радищев якобы обнаружил мистиков и мракобесов, оградивших себя от реальной общественной деятельности.

В то же время советский исследователь Дмитрий Благой, напротив, признает связи Радищева с масонами. По его оценкам, писатель посещал собрания масонской ложи «Урания» 1771–1775 гг. Но письменных свидетельств этого не сохранилось.

Более всего в пользу масонства Радищева говорят знакомства писателя, о которых исследователям известно наверняка. Радищев сотрудничал с масонскими издательствами Николая Новикóва и Михаила Антоновского, а дружил с графом Воронцовым — видным вельможей и тоже масоном, с которым познакомился в начале 70-х — как раз в ту пору, когда мог посещать собрания «Урании».

Факт 5: был атеистом

Реальность: скорее критиковал церковь

Первое, чем занялось советское литературоведение в отношении Радищева, — созданием ему имиджа атеиста. Противника самодержавия хотели изобразить еще и противником христианства.

Здесь важно отметить, что атеизм — отрицание существования не только христианского Бога, но и любых других божеств, высших сил и загробной жизни. В этом смысле Радищева никак нельзя назвать атеистом.

Писатель действительно порицал политизированность религиозной власти, однако критиковал именно церковь, а не религию как таковую — в этом он следовал логике Вольтера, считавшего веру благом, а священников и епископов — угнетателями.

Биографы и литературоведы склонны относить Радищева к деистам — сторонникам существования Бога-творца, который не вмешивается в течение жизни людей и не творит чудес, хотя однажды создал мир. Воплощением такого Бога, согласно Радищеву, является «естественность» — то есть жизнь сама по себе. Подобный вывод следует из идей, содержащихся в радищевском трактате «О человеке, его смерти и бессмертии».

О том, что Радищев верил в Бога, говорит и то, что писатель исповедовался на смертном одре, причем сделал это, по словам сына и писателя Николая Радищева, «как истинный христианин».

Факт 6: был первым, кто изобличил крепостное право и тиранию

Реальность: совсем нет

Произведения, критически оценивающие политику самодержавия, публиковались в России и до Радищева. Одним из самых видных критиков крепостного права и деспотизма помещиков был ныне забытый автор Фёдор Эмин.

Примечательно, что его смелые романы с вольными рассуждениями о земельном вопросе, правах крестьян и деспотизме помещиков Екатерина читала и хвалила. Граф Орлов и вовсе давал Эмину деньги на издание «Адской почты» — сатирического журнала антикрепостнической направленности.

Секрет в том, что волна популярности Эмина пришлась на конец 60-х годов, когда императрица верила в Просвещение и критику в свой адрес не только допускала, но и поощряла. Быть может, и Радищев бы оказался обласканным властью, если бы «Путешествие из Петербурга в Москву» вышло в 70-х, а не в 1790 году.

Под сомнение можно поставить и то, что Радищев был самым радикальным для своего времени критиком власти. Автором куда более антиправительственного произведения стал Яков Княжнин, написавший в 1789 году трагедию «Вадим Новгородский». В ней драматург изобразил Рюрика — первого правителя Руси — тираном и противником свободы, поставив тем самым под сомнение верность монархического пути России.

Произведение было написано в год начала Великой французской революции и вышло настолько радикальным, что Княжнин не решился его опубликовать. Считается, что рукопись трагедии всё же попала в руки императрицы, которая не простила драматургу вольнодумства.

Согласно официальной версии, Княжнин умер в 1791 году от простуды, однако историки и публицисты, в том числе Пушкин, считают, что драматург «умер под розгами» в ходе допроса по делу об «опасной трагедии». Именно «Вадима Новгородского» литературоведы считают первым открытым высказыванием в пользу республиканского пути России.

Факт 7: покончил жизнь самоубийством

Реальность: точно неизвестно, но скорее нет

Радищев умер в 1802 году. К этому времени его здоровье было истощено ссылкой в Илимском остроге и долгим следствием, начатым после публикации «Путешествия из Петербурга в Москву». Сын писателя Николай вспоминал, что под конец жизни у Радищева развилась сильная паранойя — даже после частичного помилования 1796 года писатель постоянно ждал возобновления следствия и нового заключения. Согласно официальной версии, на фоне истощения Радищев заболел чахоткой, которая и стала причиной смерти.

Согласно другой теории, в сентябре 1790 года Радищев отравился, сознательно выпив стакан «царской водки» — едкого раствора, которым в XVIII веке чистили металлические предметы и поверхности. Подкрепляют эту версию последние слова писателя, записанные сыновьями: «Потомство за меня отомстит».

В биографии писателя, написанной Николаем Радищевым, «царская водка» также фигурирует, однако ее, по словам сына, Радищев выпил случайно, перепутав с водой, которой хотел запить микстуру.

Самоубийц, согласно православной традиции, не отпевают и не хоронят на общем кладбище. Радищева же похоронили на Волковском кладбище Петербурга с соблюдением всех обрядов. В этом свете версия о самоубийстве Радищева выглядит выдумкой, которой литературоведы хотели показать непримиримость писателя по отношению к монархии.

Факт 8: власть не любила Радищева

Реальность: и это тоже не так

Екатерина II относилась к Радищеву скорее снисходительно, чем враждебно. Юношей она отправила его учиться в Европу, причем исходила именно из способностей будущего писателя и рекомендаций, полученных им по окончании Пажеского корпуса. Радищев был представителем захудалого рода, который к тому же был замешан в антиправительственных заговорах против предшественниц императрицы — Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны. В общем, по блату юноша в Европу поехать не мог, а единственным социальным лифтом для него стала благосклонность Екатерины.

В 70-х Радищев занимал высокие посты в Петербургской таможне и был дружен с одним из видных екатерининских вельмож — графом Воронцовым. Екатерина помнила о том, как Радищев участвовал в студенческих шалостях в Лейпциге, и знала о его приверженности к идеям радикальных философов Просвещения, однако не стала препятствовать продвижению вольнодумца в карьере.

Благосклонность к писателю Екатерина продемонстрировала даже после того, как тот опубликовал «Путешествие из Петербурга в Москву» и был приговорен судом к лишению дворянства и смертной казни. Она смягчила приговор, заменив высшую меру наказания десятилетней ссылкой в Илимский острог.

Там писатель провел шесть лет, причем не привлекался к каторжной работе, а занимался ботаникой и врачеванием. Екатерина также не препятствовала попыткам графа Воронцова облегчить участь Радищева. Граф вел с опальным писателем переписку, отправлял тому гостинцы и хлопотал о восстановлении Радищева в дворянском титуле.

Павел I к взглядам Радищева относился с еще большим подозрением. Дозволив ему покинуть Илимский острог в 1796 году, император взял с писателя обещание о том, что тот впредь не будет писать и публиковать ничего антиправительственного. Так или иначе, Радищев заслужил снисхождение даже Павла I, одного из самых больших противников вольнодумства в российской истории.

При Александре I Радищев и вовсе получил назначение в Комиссию составления законов при Государственном совете. Антикрепостнические взгляды писателя вызывали симпатию у молодого монарха, который в начале царствования помышлял о принятии конституции и освобождении крестьян. Более того, умирающего Радищева наблюдал личный врач Александра — Яков Виллие. Отношение императора к Радищеву было более чем благосклонным, о чем старались умолчать советские литературоведы, чтобы показать писателя принципиальным противником самодержавия.

Обложка: Wikimedia Commons / Public domain