Как живут и сколько зарабатывают школьные учителя в разных странах мира

Мизерные зарплаты, много работы и бюрократии, давление родителей и администрации — про проблемы в российском образовании мы знаем всё. За границей у педагогов хватает своей головной боли. Учителя из других стран рассказали «Мелу», сколько им платят, сложно ли стать учителем и какие проблемы существуют в заграничных школах.

Дора, 29 лет, учитель начальной школы, Кипр

Я проучилась четыре года, чтобы получить диплом учителя начальных классов. Потом поступила в магистратуру в Великобритании, после которой вернулась домой на остров. Чтобы найти работу на Кипре, надо предоставить все свои «корочки» в министерство образования. После этого попадаешь в огромный каталог (в нём около четырёх тысяч учителей) и ждёшь «письмо счастья». Я жду уже семь лет, но всё ещё на 984-й строчке. В среднем учителя ждут по десять лет после выпуска из университета.

Система меняется: теперь нужно сдать ещё несколько экзаменов, которые проводят каждые два года. Тогда твоё имя добавят в новый каталог и, возможно, будет больше шансов найти работу, — всё зависит от числа учителей, которые требуются в государственные школы каждый год. Обычно их немного, поэтому и шансов устроиться на работу мало. С каждым годом система всё больше разочаровывает, и сотни молодых специалистов меняют карьеру, потому что устали ждать. Хотя зарплаты на Кипре неплохие, вполне хватает на жизнь.

Сейчас я работаю ассистентом учителя: помогаю детям с особенностями развития и отстающим ученикам на продлёнке. Это одна из министерских программ, но на неё надо подаваться из года в год, нельзя получить постоянное место. К тому же это работа на полставки.

Лучшее в работе — видеть, как дети радуются простейшим вещам. Обнимают тебя, когда им вздумается, просто потому, что испытывают любовь и благодарность. Ещё одна бесценная вещь — наблюдать прогресс учеников. Речь не только о знаниях, но и поведении. Например, когда дети из иммигрантских семей приходят в школу с нулевым знанием языка, а потом начинают говорить. Или слабый ребёнок в математике или греческом неожиданно рисует шедевр на уроке искусства. Ты понимаешь, что каким-то образом причастен к этой эволюции, и это большая ответственность.

Главная цель школы — идти в шаг с программой, вовремя её закончить и сдать экзамен. На учеников выливают тонны информации, и за всей это суетой у них не остаётся времени, чтобы заниматься творчеством и развивать свою личность. А на учителей по-прежнему давят, чтобы те прошли с детьми программу в срок.

Адриана, учитель английского языка, Румыния

Никогда не мечтала быть учителем, но хорошо знала английский. Отец посоветовал сдать «учительский экзамен» и получить лицензию на преподавание. Если сдаёшь экзамен на высокий балл (от восьми и выше) — можешь преподавать в городских школах. Если меньше — в сельских. Я оказалась во второй группе и уехала работать в деревню. Проработала там около трёх лет, а потом вышла замуж, ушла в затяжной декретный отпуск (у меня трое детей), и в ту школу больше не вернулась.

Молодые учителя должны проработать два года, чтобы получить бессрочный профессиональный сертификат. Через два года приходит инспекция, которая смотрит на твои уроки, и допускает (или нет) к экзамену.

Вообще, стать педагогом в Румынии несложно. Сложно найти место, где можно работать на постоянной основе

Часто учителя работают на заменах, но это сплошная нервотрёпка: каждую неделю нужно вести минимум 18 уроков и бегать из школы в школу, которые могут находиться далеко друг от друга.

Шесть лет назад я решила вернуться в школу и снова пошла сдавать «учительский экзамен». На этот раз получила высокую оценку и могла бы работать в городской школе. Но в городе не было вакансий для учителей английского. Поэтому вновь вернулась в деревню, правда, и там нашла работу только на полставки — сейчас у меня всего три урока в неделю.

Румынские учителя работают много, а вот зарабатывают мало. Зарплата зависит от стажа, квалификации и количества отработанных часов. Все мои коллеги жалуются на непосильный объём работы и крохотные зарплаты.

Я люблю свою работу, чувствую, что это моё предназначение. Но ненавижу бюрократию. Мы должны готовить планы уроков и отчитываться о любом мероприятии, которое хотим провести с детьми. Многие учителя отказываются от своих идей, потому что придётся потратить тонну часов, чтобы объяснить их руководству.

Ученики уважают учителей, которые уважают детей, и ведут себя ужасно с теми, кто кричит или относится к ним плохо. Детям важно, чтобы с их мнением считались. Родители проводят много времени на работе и не уделяют достаточного внимания эмоциональному состоянию ребёнка. Поэтому часто приходится быть и учителем, и мамой, и психологом.

Школьная программа в Румынии не соответствует реальности. Она сконцентрирована на конкретных предметах, а не нуждах ребёнка. Однажды директор вызвал к себе и посоветал «не бежать впереди паровоза» и забыть о новых методах обучения, потому что их результативность не доказана. Современные дети сообразительные, но совершенно нетерпеливые. Поэтому уроки должны быть захватывающими и короткими. Никто этого не понимает.

Милица, учитель английского, Сербия

(Имя учителя изменено по его просьбе)

Стать учителем в Сербии несложно — надо только окончить педвуз. А вот найти работу в государственной школе уже сложнее, потому что квалифицированных специалистов гораздо больше, чем мест. Я много лет преподавала английский в частных учреждениях. Только три года назад удалось устроиться в государственную школу по рекомендации знакомой — в Сербии это обычное дело.

Учителя государственных школ в среднем зарабатывают 42 000 сербских динар в месяц (примерно 26 000 рублей). Этого недостаточно для комфортной жизни, особенно если снимаешь квартиру, за которую отдаёшь ползарплаты. Поэтому преподавание часто не единственное занятие школьных учителей.

Читайте также

4 самых трудных (в прямом смысле) дороги к знаниям

Последние годы система образования сильно меняется и, честно говоря, мы уже потерялись в этом процессе. Мы не понимаем, чего от нас хотят. Родители давят на учителей (особенно в начальной школе). Они ждут, что дети будут преуспевать по всем предметам, но это в принципе невозможно, потому что у каждого ребёнка свои сильные и слабые стороны. Дети и подростки перестали уважать учителей и систему образования в целом. Ценности меняются, повсюду заметно влияние Запада.

Ненавижу скучную и бесполезную административную работу, которую нас заставляют делать. Ещё не люблю грубых и заносчивых подростков, которые пытаются сорвать урок. Но дети защищены тем, что они — дети, а любой конфликт в классе или низкую успеваемость вменяют в вину учителям.

Мне нравится, когда детям нравятся мои уроки. Я понимаю, что не могу изменить мир, но могу урок за уроком показывать учениками красоту знаний и открывать для них новые возможности.

Джен, учитель математики, Норвегия

Для поступления в педвуз хватает даже посредственных оценок, потом нужно отучиться пять лет — и всё. Я вообще сначала шесть лет проработала без диплома, а потом пошла учиться.

Быть учителем в Норвегии — совсем не престижно, хотя зарплаты в образовании неплохие. По крайней мере, их вполне хватает на жизнь. Стартовая зарплата около 500 000 норвежских крон в год (где-то 321 000 рублей в месяц).

Я люблю преподавать и мне нравится, что я играю важную роль в жизни своих учеников на их пути ко взрослой жизни. Но терпеть не могу многочисленные отчёты и формы, которые мне приходится заполнять.

Главная проблема национального образования — это «целевая» система. Мы оцениваем каждого ученика по специальной шкале по каждому предмету. Детям приходится решать кучу тестов и не хватает времени на творчество.

Фрай, учитель обществознания и тайского языка, Таиланд

Когда-то работать учителем в Таиланде было невероятно сложно и престижно. Глубокие знания и высокие моральные ценности — учителя должны были стать примером для детей. Всё меняется: сейчас учителем может быть каждый — надо всего лишь сдать тест.

Средняя учительская зарплата начинается с 15 000 бат (около 28 500 рублей). Это мало за тот объём работы, что нам приходится делать. В сёлах зарплаты ещё ниже. Содержать семью на эти деньги почти невозможно. Многим учителям приходится брать кредиты и залезать в долги.

Родители и дети сейчас всё меньше доверяют школе. Лучшие учителя уходят в частные образовательные центры. В конце концов я тоже бросила работу в государственной школе. Теперь работаю в центре неформального образования, где занимаюсь действительно учениками, а не бумажками.

Я думаю, тайскому образованию необходимо развивать структуры, которые готовят профессионалов и уделять больше внимания профориентации. Чтобы поступить в престижные университеты, дети часто дополнительно ходят в частные школы. Там их натаскивают по каждому предмету. Проблема в том, что многие подростки даже не понимают, чем хотят заниматься в будущем, и выбирают профессию по советам родителей и друзей.

Изменения, конечно, есть: например, постепенно детям дают высказаться и поучаствовать в жизни класса без страха быть наказанным. Важно, чтобы ученики, которые провалили тесты, не думали, что они глупые и продолжали искать себя в других сферах, например, спорте или музыке.

Фото: Shutterstock (Miew S, Fat Jackey). Иллюстрация: Shutterstock (Shirstok)