«Пророки мочи», мёртвые кролики и коробка от скрепок: как изменились домашние тесты на беременность

Сегодня можно зайти в аптеку, купить тест и за пару минут узнать, беременны вы или нет. А раньше женщинам неделями приходилось ждать результатов, которые в итоге могли быть неточными. Вспоминаем историю тестов на беременность: как от суеверий Древнего Египта человечество пришло к цифровым и компактным индикаторам беременности.

Древний мир: обвязать шею ниткой и пописать на ячмень

Женщины издревле пытались как можно раньше распознать беременность. Методы у разных народов отличались. Многие из них были малоэффективны, а некоторые и вовсе опасны для здоровья. Жители Месопотамии вводили во влагалище или оставляли в нижнем белье тампон из шерсти, ниток и растений, ждали несколько дней, а затем проверяли, что с ним стало. Если тампон менял цвет, то женщина считалась беременной. Это происходило из-за изменений кислотности влагалища.

В Древнем Египте женщина должна была помочиться на пшеницу и ячмень. Если прорастал ячмень — будет мальчик, если пшеница — девочка. Позднее ученые проверили этот метод вновь, и в большинстве случаев он действительно оказался рабочим: повышение эстрогена во время беременности действительно способствует прорастанию семян. Влияние растений на пол ребенка доказать не удалось. В Древней Греции считалось, что если растереть перед женщиной красный камень и пыль полетит ей в глаза, то она беременна. Был и другой метод: женщине на ночь вводили во влагалище луковицу. Неприятный запах изо рта утром был признаком скорых родов.

Автором этой идеи считается Гиппократ. Он также поил беременных медом и смотрел, будут ли у пациентки «брюшные судороги». По его мнению, такое могло происходить только у беременных. Гиппократ был одним из первых, кто установил связь между прекращением месячных и беременностью. На Руси женщине обматывали шею ниткой или бусами. Если нитка начинала давить, то считалось, что она беременна. Позднее ученые скажут, что эта теория может отчасти считаться справедливой: у беременных нередко увеличивается щитовидная железа.

Средневековье: посмотреть в глаза или «прочитать» мочу

В Средние века люди пытались определить беременность с помощью мочи и установить, чем она отличается от мочи других женщин. Люди, которые занимались исследованиями вида и запаха жидкости, назывались «пророки мочи». Некоторые специалисты были уверены, что, если добавить вино в мочу беременной, жидкость останется прозрачной. Для проведения теста в мочу даже помещали иглу: если она ржавела красным или черным, то беременность была гарантирована. Врачи также посыпали мочу серой. Если в ней образовывались черви, женщина считалась беременной.

Французский врач XVI века Жак Гульельмо был уверен, что беременность можно определить по глазам: «Глаза беременной женщины становятся глубоко посаженными с маленькими зрачками, опущенными веками и немного расширенными кровеносными сосудами». В период беременности зрение действительно может меняться, но внешне это никак не скажется. В конце XVII века люди придумали новый способ — поджигали ткань с мочой женщины. Если запах вызывал у нее отвращение, то утверждалось, что она беременна.

XX век: гормоны, мыши, кролики, лягушки

В начале XX века ученые занялись поиском новых, более научных методов определения беременности. Во многом помогло открытие гормонов в 1905 году. В 1920-х годах ученые установили, что в период беременности организм женщины производит гормон хорионический гонадотропин (ХГЧ), который начинает образовываться примерно через неделю после оплодотворения яйцеклетки. Задача этого гормона — подать матке сигнал приостановить менструальный цикл.

Немецкие ученые Сельмар Ашхайм и Бернхард Зондек выяснили, что ХГЧ заставляет мышей овулировать. Это происходит потому, что ХГЧ похож на другой гормон — лютеинизирующий. У людей и мышей он стимулирует выделение яйцеклетки. ХГЧ может имитировать этот сигнал. Так Ашхайм и Зондек разработали тест на беременность: вводили мочу женщин животным, у которых еще не началась менструация. Если после введения она начиналась, женщина была беременна.

Тест получил название «A-Z». Все тесты на беременность, появившиеся после него, были направлены на выявление ХГЧ. Но от экспериментов с мышами вскоре пришлось отказаться: чтобы проверить одну женщину, приходилось препарировать пятерых мышей, а ждать результатов — неделю. К тому же тест позволял определить только особенно высокий уровень гормона, который образовывается у женщин достаточно поздно — примерно через две недели после задержки менструации.

В 1931 году благодаря американскому ученому Морису Фридману появился «кроличий» тест, аналогичный «мышиному». Фраза «кролик умер» стала эвфемизмом для обозначения беременности: люди были уверены, что животное умирает, только если тест положительный. На самом деле в ходе тестов умирали все кролики, потому что невозможно узнать об изменениях без вскрытия. Эксперименты также проводились на лягушках: из-за мочи беременных они начинали метать икру. В отличие от предыдущих версий тестов с животными, лягушек не нужно было убивать, их можно было использовать неоднократно. Этот способ практически двадцать лет был самым популярным.

Ранние 1970-е: антитела к ХГЧ и осуждение матерей-одиночек

Несмотря на то что десятки тысяч лягушек использовались для определения беременности, женщины по всему миру все равно не всегда имели доступ к тесту. Эксперименты проводились в лабораториях, а результатов нужно было ждать несколько дней. Поэтому дальнейшие научные разработки были направлены на создание более компактного и оперативного способа, а также на возможность безошибочно отличать ХГЧ от других гормонов.

Этому способствовало открытие подвидов ХГЧ, сделанное исследователями Национального института здравоохранения. К началу 1970-х годов ученые разработали иммунологические тесты с антителами к гормону. Теперь беременность можно было обнаружить всего через две-три недели после зачатия. Иммунологические анализы были дешевле и быстро стали более популярны, чем биологические, с животными. Тесты все еще были неудобны: чтобы получить результаты, нужно было записываться к специалисту, относить анализы в лабораторию и ждать некоторое время. Более того, визит к врачу был стрессом для одиноких матерей, которым врачи нередко читали лекции о вреде абортов. После 1972 года ученые и дизайнеры по всему миру разрабатывали домашние версии тестов.

Первые домашние тесты: революция Маргарет Крейн

Дизайнер Маргарет Крейн работала в фармацевтической компании. Однажды она увидела в лаборатории громоздкие тесты на беременность и решила разработать компактный индикатор, который освободил бы женщин от необходимости лишний раз ходить к врачу. Идея часто сталкивалась со скепсисом: многие переживали, что женщины просто не справятся с домашними тестами на беременность из-за «излишней эмоциональности», а некоторые фармацевты и сотрудники лабораторий открыто признавали, что им разрабатывать домашний тест невыгодно, потому что они потеряют клиентов.

У себя дома Крейн использовала коробку для скрепок и создала прообраз теста под названием Predictor (от англ. «предсказатель»). Начальство не оценило изобретение, однако американское управление компании все же сообщило европейским коллегам о нем, не называя имени Маргарет. Те начали разрабатывать свою версию теста.

Девушка узнала об этом случайно, пришла без приглашения на конференцию по обсуждению будущих нововведений и продемонстрировала свой вариант — от других, разработанных мужчинами-дизайнерами, он отличался минималистичностью. На нем не было цветов и розовых украшений. В 1969 году фирма Organon, где работала Маргарет, подала заявку на патент и попросила девушку отказаться от прав на изобретение. Крейн таким образом не получала ничего с продаж, но все равно согласилась на сделку.

Уже в 1971 году в Канаде вышел первый домашний тест со слоганом «Каждая женщина имеет право знать, беременна она или нет». В США его одобряли еще несколько лет, хотя первые продажи превзошли все ожидания. Долгое время имя Маргарет людям было неизвестно. В 2012 году она прочитала статью в The New York Times про историю домашних тестов и обнаружила, что она в ней не упоминается. Тогда она решила связаться с журналистами и продемонстрировать миру свой первый «Предсказатель». Позже она продала его на аукционе Bonhams за 11 тысяч долларов.

1980 — настоящее время: быстрее, выше, точнее

Первые домашние тесты на беременность напоминали набор для лабораторной работы. Так их описали в журнале Mademoiselle за 1978 год: «Всего за 10 долларов вы получаете флакон с очищенной водой, пробирки, содержащие среди прочего клетки крови овец, медицинскую капельницу и прозрачную пластиковую подставку для пробирки с зеркалом внизу».

Как отмечает Национальная клиника здравоохранения, в случае положительных результатов тест был точен на 97%, а в случае отрицательных — на 80%. Ждать результата нужно было всего лишь два часа. Журналы писали, что эти тесты были настоящим прорывом для женщин и позволяли им самостоятельно заботиться о своем здоровье.

Дальнейшие разработки сокращали время ожидания результатов. В 1985 году швейцарская компания выпустила тест на беременность, который сообщал результат за 30 минут. Спустя три года они выпустили первый одношаговый тест с полосками — результат можно было увидеть уже через три минуты. В 2003 году появился первый цифровой индикатор.

Современные тесты на беременность обычно состоят из трех участков. На первом этапе антитела, на которых находятся ферменты, позже активирующие краситель, крепятся к ХГЧ. На втором участке теста находится еще больше антител к ХГЧ, которые тоже к нему крепятся. Таким образом, ХГЧ «зажимается» антителами, а фермент активирует краситель — отображается полоска. Если ХГЧ нет, то моча и ферменты просто пройдут мимо второй зоны. Третий этап — контрольный. Именно он подтверждает надежность теста. Если некоторые гормоны ХГЧ не встретились с ферментами ранее или антител слишком много, оставшиеся «без пары» элементы активируют еще один краситель. Появится вторая полоска.

При создании статьи были использованы материалы: Теребнева Л. А. История тестов на беременность и современные способы определения беременности малого срока // Gynecology: журнал. — 2015. — Т. 17, вып. 2. — С. 50–54