Интервью с единственной в мире выморозчицей кораблей: о жизни с тираном, нужде, многодетности и сложной профессии

Елене Генераловой 50 лет. В 2009 году с четырьмя детьми она сбежала от мужа за 700 километров от дома. Там встретила мужчину, родила в 43 года еще одну дочку, пять раз стала бабушкой и освоила профессию выморозчика кораблей. В мире таких специалистов около ста, и Елена — единственная из них женщина.

«Я взяла детей, села на первый попавшийся автобус и уехала в никуда»

Я выросла в селе Мегино-Алдан Томпонского района Республики Саха (Якутия) — сюда мы переехали из соседнего поселка Хандыга. Родители развелись, когда мне не было двух лет, поэтому нас со старшей сестрой воспитывали мама и бабушка. Они не были строгими, но с детства приучали к труду и работе — из-за этого я до сих пор не умею нормально отдыхать даже в отпуске.

По характеру я всегда была шустрой и упертой. В школе до шестого класса другие дети меня били (из-за того, что приезжая), и на переменах я всё время плакала. Помню, как директор вызвал меня к себе и сказал: «Лена, хватит плакать. Может, уже пора дать сдачи?» Я прислушалась, начала отвечать обидчикам и вскоре стала лидером в школе — меня начали бояться и уважать. Потом в старших классах директор опять вызывал меня к себе, но уже со словами: «Я сказал дать сдачи, а не колотить всех подряд».

Окончив 10 классов, я начала работать дояркой. Параллельно с этим отучилась на осеменатора (специалист по искусственному оплодотворению сельскохозяйственных животных. — Прим. ред.). Многие с удивлением относятся к моему выбору профессии, но, во-первых, я просто очень люблю животных. Во-вторых, людям просто не понять эти ощущения, когда благодаря тебе рождается теленок. Потом я отучилась на лаборанта и стала мастером цеха по переработке молока.

Юности как таковой у меня не было. В 18 лет я вышла замуж за якута, родила дочку, через три года — вторую, через четыре года — третью, через семь — сына. Жизнь в браке была очень тяжелой — мне до сих пор трудно об этом вспоминать. Бывший муж пил, издевался надо мной, избивал, запрещал хорошо одеваться и ходить куда-то помимо работы. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что больше не могу так жить и боюсь за детей. В течение полугода я обдумывала, как от него уйти. И ночью 20 июня 2009 года я взяла детей, села на первый попавшийся автобус и уехала в никуда.

«5000 рублей отдавала за квартиру, а на оставшиеся 2000 как-то умудрялась кормить детей»

В тот день рано утром мы с детьми приехали в село Жатай, которое находится примерно в 700 километрах от нашего бывшего дома. Выйдя из автобуса, я сразу пошла искать жилье. В первом объявлении увидела, что за 5000 рублей в месяц сдается квартира, и позвонила по указанному телефону. К счастью, хозяева сразу пришли и заселили нас. Я оставила в квартире детей и побежала искать работу.

Работу я нашла тоже случайно: на дверях ресторана восточной кухни увидела, что им нужна посудомойщица, и устроилась. Зарплата была 800 рублей, я не жаловалась. Свою историю я никому не рассказывала, но со временем коллеги узнали, что я многодетная мать-одиночка, прониклись этим и стали кормить моих детей обедами, передавать овощи, фрукты, рыбу.

Постепенно я начала знакомиться с разными людьми и узнала, что в местную инфекционную больницу нужны санитарки. В месяц платили 7000 рублей, по графику — сутки через двое. Мне понравились эти условия, и я устроилась туда. 5000 рублей отдавала за квартиру, а на оставшиеся 2000 как-то умудрялась кормить детей. Конечно, люди мне очень помогали. В больнице коллега, узнав мою жизненную ситуацию, всегда давала мне хлебушек (рассказывая об этом, Елена плачет. — Прим. ред.).

Когда я жила в деревне, все видели, как бывший муж меня избивал, но никто не помогал

А в Жатае я узнала, что на самом деле есть так много неравнодушных, отзывчивых людей, которые могут быть добры к тебе просто так. Здесь я почувствовала себя свободной и независимой, не надо было никого бояться, потому что никто меня не обижал.

Бывший муж пытался меня искать, ходил к моей маме. Через несколько месяцев я разрешила детям его навестить. Вообще, надо сказать, я никогда не говорила им, что папа плохой. Мне кажется, это неправильно: это у меня с ним не сложилось, а для детей он всегда должен оставаться отцом.

«Я не тебе деньги даю, а твоим ребятишкам»

Я понимала, что мне нужна хорошая работа с хорошей зарплатой, поэтому параллельно пошла учиться на крановщика. Профессию выбрала случайно, а по ходу обучения совершенно в нее влюбилась — точнее, в краны. Надо было видеть мои эмоции, когда меня впервые посадили в кабину управлять краном, — я вжалась в кресло и думала, что падаю.

Из-за учебы и работы дети часто оставались одни, у меня не очень получалось их воспитывать — до сих пор считаю себя за это перед ними виноватой. Но я всё равно старалась участвовать в их жизни и проводить с ними выходные — ради этого даже научилась откладывать деньги (до сих пор в шоке, как я это делала).

После учебы я уволилась из больницы и пошла работать на завод — зарплата стала в пять раз выше. Там мне попался очень хороший начальник: договорился, чтобы нам с детьми дали комнату в общежитии, помог устроить сына в детский сад. Еще он мне всё время пытался всунуть деньги. Я всё отнекивалась, а он: «Я не тебе даю, а твоим ребятишкам». Приходилось брать.

«Даже девчонка уже закончила, а вы всё никак»

В 2011 году я проходила мимо кораблей и увидела, как их вымораживают — грубо говоря, это когда с нижней части судна откалывают лед, чтобы можно было сделать там ремонт. Я подошла к рабочим и попросила попробовать — мне дали кайло (специальный инструмент. — Прим. ред.) и маленькую косяковую тележку (та, которая поднимает пароходы) и показали, как откалывать лед.

В итоге я сделала всё быстрее других, пришел начальник и с легким матом сказал другим работникам: «Что ж вы, даже девчонка уже закончила, а вы всё никак». Польстило, что меня поставили в пример, да еще и заплатили за это, и в следующем году я решила взять пароход.

А потом я стала брать на выморозку корабли каждый год. Это считается «мужской» профессией, в этом году на ней даже запретили работать женщинам в России. Но меня это не смущает. Да, физически это непросто, но ко всему можно приспособиться.

Вымораживать корабли можно только зимой, поэтому на это время я беру отпуск на основной работе. Людям не понять, как работа на улице в -40, -50 может нравиться, ведь даже реснички превращаются в лед. Но, во-первых, под кораблем не мерзнешь, а, наоборот, потеешь. Во-вторых, надо тепло одеваться. Ну и в-третьих, за это неплохо платят — до 200 000 за три месяца.

«Мы не против, мам. Пускай приходит»

После первого брака мне не хотелось общаться с мужчинами. Но в 2013 году я познакомилась с Андреем. Он был очень настойчивым и долго за мной ухаживал, а я его всё посылала. Однажды поздней осенью он увидел, что я хожу в легкой старой куртке, подошел ко мне и дал конверт со словами: «Купи себе, пожалуйста, куртку». Долго я отнекивалась, но куртку в итоге купила. После этого милого поступка я смягчилась, и мы стали общаться.

С детьми Андрея было очень волнительно знакомить — как его воспримут? Но дети сказали: «Мы не против, мам. Пускай приходит». Знакомство прошло хорошо, и сын через неделю начал называть его папой. Потом мы с Андреем вместе купили небольшой участок, дом, завели кур, козу и стали вместе жить. В 2018 году у нас родилась дочка.

В 2021 году Андрея подставили, обвинив в том, что он взял ворованное топливо, — тогда он работал капитаном на судне. С этого времени наша семья стала жить в подвешенном состоянии: сначала Андрей отсидел девять месяцев, потом его отпустили под домашний арест, потом опять посадили, потом выпустили. Сейчас дело всё еще открыто, и каждые три недели он ездит по судам.

Конечно, я за него переживаю: за это время я сильно похудела. Кроме того, на мне одной опять остаются хозяйство, дети. У нас частный дом, где нет отопления, — машина угля стоит 45 000 рублей. Немного помогает мой отец — несколько лет назад я пригласила его переехать из родного села жить с нами. Сейчас он пожилой и не видит одним глазом, но он всё равно старается. Я это очень сильно ценю.

«В этот момент у меня была такая гордость — я воспитала мужчину!»

Сейчас у троих старших дочек уже свои семьи и дети — я пять раз бабушка. Мы все очень дружно общаемся: часто вместе собираемся и играем в лото, пьем чай, делимся друг с другом секретами, ездим в караоке. У меня с дочками даже есть своя группа в WhatsApp — они мне как подружки.

С 18-летним сыном я тоже стараюсь поддерживать такие отношения. Недавно осознала, какой же он уже взрослый. Во дворе какой-то пьяный парень кинул в меня камень. Сын увидел это из окна дома, выбежал:

— Ты почему в женщину камень кидаешь? — грозно спросил он. И тут я впервые увидела в его глазах агрессию.

— Извини, я не знал, что это твоя мама, — испугавшись, ответил парень.

— Какая разница, чья это мама. В первую очередь это женщина. Так недостойно нельзя себя вести, — сказал мой сын. В этот момент у меня была такая гордость — я воспитала мужчину!

Пятого ребенка я родила в 43 года и стала возрастной мамой. Если сравнивать мое родительство раньше и сейчас — это два разных подхода. Раньше я была строгой, не умела показывать детям свою любовь. Сейчас всё наоборот. У нас даже появилась традиция — каждый Новый год я шью ростовую куклу и иду поздравлять детей и внуков.

Самое главное в воспитании — никогда не навязывать детям свое мнение и давать им больше свободы. Пусть они ошибаются и учатся на ошибках, ведь это и есть опыт. При этом важно их поддерживать, чтобы они знали, что мама рядом. Например, в одно время я ужасно не хотела, чтобы моя средняя дочь занималась пауэрлифтингом. Но, несмотря на это, поддерживала ее — в итоге она стала чемпионкой Европы.

«Главное — помнить, что за каждой ночью наступает рассвет»

Меня в интервью часто спрашивают — оглядываясь назад, хотела бы я изменить что-то в своей жизни? Нет. Все трудности были не случайны. Прожив адские годы с бывшим мужем, я понимаю, что стала тем не менее стойкой и выносливой. Когда я была юной, он меня просто сломал: я стала трусливой, боялась суровых взглядов, резких движений, легких шорохов. Если честно, до сих пор боюсь сильного стука в дверь и пьяных людей.

Но когда я переехала в Жатай, уверенность, сила и легкость вновь стали возвращаться. В этом мне в том числе помогли добрые люди рядом. Например, однажды коллега сказала: «Лена, ты почему себя так не любишь? У тебя такие красивые глаза — накрась их. У тебя такая красивая фигура — надень платье. Восхищайся собой, и пусть все на тебя смотрят». А я действительно всё время ходила в балахонах, потому что бывший муж не разрешал краситься и наряжаться.

Я послушалась, нарядилась. Потом заметила на себе взгляды и внимание — для женщины это не может быть неприятно. Постепенно стала чувствовать от себя и жизни внутреннее наслаждение.

Сейчас я уверенно могу сказать, что счастлива. У меня большая семья, любящий мужчина, интересная работа. Я прошла непростой путь, в котором было многое, но без трудностей жизнь не бывает. Главное — всегда помнить, что за каждой ночью наступает рассвет.

Фото: личный архив Елены Генераловой