«Как можно считать высшим то образование, которое есть у всех?»
Дмитрий Волошин — о том, как вузовский диплом превратился в формальность и обесценил учёбу
Я поступал в вуз в 1994 году. Не самые были весёлые времена, голодные. Когда стоял выбор «физик или лирик», я выбрал лирика и подал документы на экономический факультет гуманитарного вуза. Тогда так многие делали: профессия «экономист» была популярной, все хотели «работать на фирме». Это сейчас мечтают быть чиновником. Конкурс на поступление — 17,5 человек на место. И не было никакого ЕГЭ.
Школьники сдавали выпускные экзамены в школе и сразу — вступительные в вуз. Иногда сразу в два вуза, хотя обычно и на один не хватало сил. Правда, я знаю уникумов, которые пытались проходить сразу в три вуза. И вот лето, и вот последний звонок, и вот бесконечные экзамены. В приёмной комиссии — духота. Толпы бывших школьников с обезумевшими мамами и папами, которые штурмовали апелляционную комиссию, как черноморские моряки в войну укрепления немцев. Последний родительский подвиг. Обмороки из-за нервов, жары и недосыпа от медитации над задачником Сканави. А что было когда вывесили списки! Стоны разочарования и восторженные крики.
Помню, в лет 16 я подумал: а зачем поступать в университет? В 14 лет у меня уже был небольшой опыт «бизнеса». Как и многие тогда я подторговывал. На колу и сникерс хватало, один раз даже сводил родителей в «Макдоналдс». И я искренне не понимал, ради чего сейчас стоит бросить эту прекрасную жизнь. После школы я мог бы уделять больше свободного времени «бизнесу». И купить больше колы и сникерсов. У нас в семье все с высшим образованием. И без него, как мне объяснили, дальше в жизни никуда. Нет перспектив.
Что такое «нет перспектив», я тогда не понял. Согласитесь, сложно уверенно рассуждать о перспективах и роли высшего образования, работая в НИИ за небольшие деньги. А иногда и вовсе без денег. В те годы институты повально сдавали площади коммерсантам под склады и офисы и выживали благодаря этому. Контраст учёного и бизнесмена любого пошиба был очевиден. И совсем не в пользу учёного. Но во мне воспитали уважение к родителям. Поэтому в 1994 году я поступил в один из крупных гуманитарных вузов, при конкурсе 17,5 человек на место, падающих в обморок родителях и абитуриентах. Я держал под мышкой книжку Сканави и был абсолютно счастлив, что это испытание закончилось.
Сейчас, как мне кажется, ответ на вопрос, зачем поступать в университет, стал ещё менее очевиден. Сотни тысяч абитуриентов каждый год поступают в вуз. Большая часть из них делает это за счёт средств федерального бюджета. Сейчас с ЕГЭ сложно определить конкурс. Думаю, он очень невысокий. Количество бюджетных мест сейчас около 65-70% от количества выпускников школы. То есть государство оплатит обучение семи из десяти выпускников. Хорошо это? Не уверен. Конечно, за места в хороших вузах будет драка. Ну как драка… Документы подадут, вы же понимаете, ЕГЭ. Не все поступят на топовую кафедру, кто-то будет вынужден пойти в третьесортный вуз. И они пойдут. И потратят четыре-пять лет на то, смысла в чём сами не найдут.
Нет конкуренции. Это очень удобно для тех, кто не конкурирует. Но совершенно невозможно, если думать о развитии. Когда вузы получают гарантированные деньги и не конкурируют между собой за ребят — им сложно развиваться, нет стимулов.
Когда вчерашний школьник может подать документы в несколько вузов и почти со 100% гарантией поступить — он вряд ли будет усердно учиться
Для этого нет причин, кроме любопытства и азарта к знаниям. Но это исключение. Строго говоря, конкуренция есть, но она в так называемом топ-сегменте. Примерно 5% вузов и абитуриентов действительно сражаются. Лучшие вузы действительно хотят привлечь лучших студентов и наоборот.
А что с остальными 95%? Из моего опыта работы со студентами только бы 10-15% из них я бы отнёс к категории замотивированных. Тех, кто понимают смысл учёбы, её роль в конкретно их жизни. И тех, кто горит желанием узнавать новое. Остальные, увы, не про обучение. Я часто цитирую поговорку: раньше учились и подрабатывали, сейчас работают и подучиваются. Вот так и получается, что отсутствие конкуренции, или попросту — халява, убивает смыслы. Зачем убиваться, если что-то гарантировано достанется просто так? И так можно поступить, ну не в этот вуз, так в тот.
Диплом о высшем образовании обесценивается. Само слово «высшее» нам как бы говорит, что это — элита. А если посмотреть на цифры, то всё не так.
Как тогда можно считать высшим то образование, которое есть у всех? Оно не высшее, оно — номинальное. Как школьный аттестат
Нам государство гарантирует окончание девяти классов. Так же и с вузами. Коммерческие вузы тут тоже постарались. Кому только не давали лицензии в 90-х, появился даже бизнес по продаже дипломов. Продаже в рассрочку, конечно: нельзя сразу при зачислении давать диплом. И это ещё больше уронило смысл, суть высшего образования.
Больше всего мне жалко преподавателей. Знаете, нет ничего хуже, чем учить немотивированных школьников или студентов. Ты стоишь в классе или аудитории, и физически ощущаешь, что им всё равно. Ты можешь петь или плясать, хлопать в ладоши или подражать крику зяблика — это мало кому интересно. Отсюда появилось и начитывание лекций, чтобы преподаватели могли просто выкинуть из головы ощущение бессмысленности своей работы.
Присмотритесь внимательно к выпускникам современных вузов. Кто из них радуется полученному диплому, а кто просто кладёт его в коробку с документами? Это будет очень полезное и показательное наблюдение.
Вопрос, конечно, интересный. Но есть вопрос покруче: где у палки начало, а где — конец? А насчет того, что преподаватели сильно расстраиваются от того, что студентам не интересны лекции, тут и вовсе не убедительно. Товарищ, уж поверьте мне, преподавателям в массе своей глубоко по х… как студенты относятся к их дисциплинам: будут зачеты, будут экзамены — сочтемся.
Этим, читавшим по бумажке, было мучительно больно — аудитория НЕ хотела воспринимать???!!!
Если ты уже выучил курс по мат анализу — а тебе с упрямством барана пихают его до пятого курса, размазывая из пустого в порожнее — чтобы кормить армию преподавателей? — Вот он — советский и постсоветский подход к образованию. А вот после него — хрен — ни тебе распределения, ни тебе хоть какой-то ориентир в жизни. А диплом в переходе купить можно было — и это только для того, чтобы «ну все же с вышкой — без вышки никуда». Никого не волновали знания, потому что они были не нужны, ибо их получали не те и не там — нужна была просто бумага.
А по поводу поступления дочери друзей: инвалиды и сироты занимают места в ВУЗе по квоте. Просто скажите, что мест бюджетных изначально мало.
(дети знакомых и в прошлом и в этом году поступали и сдавали еге), документы можно подать только в три ВУЗа, и не каждый выпускник школы может поступить даже в трехсортный ВУЗ на бюджет, нужно постараться еге хорошо сдать.
Почему так произошло? Потому что до примерно 2010-х служба в армии была пугалом, а М С Горбачев дал студентам отсрочку от армии.В условиях капитализма это превратилось в бизнес у наших ВУЗов (если есть бешенный спрос, значит его надо удовлетворять). А уже дальше сработал следующий эффект: у кого нет диплома, значит на рынке труда какой-то не такой.Т е диплом стал аналогом отсутствия судимости или справки о том, что человек не болен туберкулезом, СПИДом и т п
Не понимаю, с чего вы взяли, что советские студенты его не написали бы. ЕГЭ — весьма простой экзамен. Особенно если уделять подготовке к нему столько времени, сколько сейчас (к моему большому сожалению) уделяется ему на уроках. При этом то, насколько плохо его пишут школьники — это просто мрак.
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
