«В семье была не любима. Мать обожала, отца боялась». Фаина Раневская — о своих несчастьях

Фаина Раневская чувствовала себя нелюбимой дочерью в богатой семье, после революции осталась в России одна, так и не вышла замуж, а в старости дорожила только своим псом. Вспоминаем цитаты Раневской о семье и жизни и пытаемся понять, почему она была так одинока.

Слезы мамы, больные животные и мечта о медали, которая не сбылась

1. Наверное, скоро умру. Мне видится детство всё чаще и чаще. Разные события всплывают из недр памяти и волнуют до сердцебиения.

Я вижу двор, узкий и длинный, мощенный булыжниками. Во дворе сидит на цепи лохматая собака с густой свалявшейся шерстью, в которой застрял мусор и даже гвозди, — по прозвищу Букет. Букет всегда плачет и гремит цепью. Я люблю его. Я обнимаю его за голову, вижу его добрые, умные глаза, прижимаюсь лицом к морде, шепчу слова любви. От Букета плохо пахнет, но мне это не мешает. В черном небе — белые звезды, от них светло. И мне видно из окна, как со двора волокут нашу лошадь. Кучер говорит, что лошадь подохла от старости и что тащат ее на живодерню.

Я не знаю, что такое живодерня. Мне пять лет.

Раневская — о первых воспоминаниях детства, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

2. В пять лет была тщеславна, мечтала получить медаль за спасение утопающих…

У дворника на пиджаке медаль, мне очень она нравится, я хочу такую же, но медаль дают за храбрость, объясняет дворник. Мечтаю совершить поступок, достойный медали. В нашем городе очень любили старика, доброго, веселого, толстого грузина полицмейстера.

Дни и ночи мечтала, чтобы полицмейстер, плавая в море, стал тонуть и чтобы я его вытащила, не дала ему утонуть и за это мне дали медаль, как у нашего дворника. Теперь медали, ордена держу в коробке, где нацарапала: «Похоронные принадлежности».

Раневская — о детском тщеславии, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

3. Актрисой себя почувствовала в пятилетнем возрасте. Умер маленький братик, я жалела его, день плакала. И все-таки отодвинула занавеску на зеркале — посмотреть, какая я в слезах.

Раневская — о том, как впервые почувствовала себя актрисой, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

4. Несчастной я стала в шесть лет. Гувернантка повела меня в приезжий «зверинец». В маленькой комнате сидела худая лисица с человечьими глазами. Рядом на столе стояло корыто, в нем плавали два крошечных дельфина. Вошли пьяные, шумные оборванцы и стали тыкать в дельфиний глаз, из которого брызнула кровь. Сейчас мне семьдесят шесть лет. Все семьдесят лет я этим мучаюсь.

Раневская — о самом ужасном воспоминании из детства, «Профиль»

Поддержите «Мел»: отметьте нас галочкой в Google и классные, интересные, важные тексты будут появляться в вашей ленте чаще

Поставить галочку

5. Я стою в детской на подоконнике и смотрю в окно дома напротив. Нас разделяет узкая улица, и потому мне хорошо видно всё, что там происходит. Там танцуют, смеются, визжат. Это бал в офицерском собрании. Мне семь лет, я не знаю слов «пошлость» и «мещанство», но мне очень не нравится всё, что вижу на втором этаже в окне дома напротив. Я не буду, когда вырасту, взвизгивать, обмахиваться носовым платком или веером, так хохотать и гримасничать!..

Там чужие, они мне не нравятся, но я смотрю на них с интересом.

Потом офицеры и их дамы уехали, и в доме напротив поселилась учительница географии — толстая важная старуха, у которой я училась, поступив в гимназию. Она ставила мне двойки и выгоняла из класса, презирая меня за невежество в области географии. В ее окно я не смотрела, там не было ничего интересного.

Раневская — о том, как в детстве ненавидела пошлость, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

6. Говорят, любовь приходит с молоком матери. У меня пришла со «слезами матери». Мне четко видится мать: обычно тихая, сдержанная, она громко плачет. Я бегу к ней в комнату, она уронила голову на подушку, плачет, плачет — она в страшном горе. Я пугаюсь и тоже плачу. На коленях матери газета: «…вчера в Баденвейлере скончался А. П. Чехов». В газете фотография человека с добрым лицом. Бегу искать книгу Чехова. Нахожу, начинаю читать. Мне попалась «Скучная история». Я схватила книгу, побежала в сад, прочитала всю. Закрыла книжку. И на этом закончилось мое детство. Я поняла всё об одиночестве человека.

Раневская — о дне, когда умер Чехов и закончилось ее детство, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

7. Это отравило мое детство. Прошло несколько лет, и я опять услыхала страшный крик матери, она кричала: «Как же теперь жить? Его уже нет. Всё кончилось, всё ушло, ушла совесть…» Она убивалась, слегла, долго болела. Любовь к Толстому во мне и моя, и моей матери. Любовь и мучительная жалость и к нему, и к С. А. Только ее жаль иначе как-то. К ней нет ненависти. А вот к Н. Н. Пушкиной… ненавижу ее люто, неистово. Загадка для меня, как мог он полюбить так дуру набитую, куколку, пустяк…

Раневская — о том, как мать оплакивала Толстого, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

8. Ненавидела гувернантку, ненавидела бонну немку. Ночью молила бога, чтобы бонна, катаясь на коньках, упала и расшибла голову, а потом умерла. Любила читать, читала запоем. Над книгой, где кого-то обижали, плакала навзрыд, тогда отнимали книгу и меня ставили в угол. Училась плохо, арифметика была страшной пыткой. Писать без ошибок так и не научилась, считать — тоже, наверное, потому и по сию пору всегда без денег…

В семье была не любима. Мать обожала, отца боялась и не очень любила

Учиться я начала, повзрослев. И теперь, в старости, стараюсь узнать больше и больше. Часто вспоминаю мудреца: «…знаю только то, что ничего не знаю…»

Раневская — о том, что в семье ее не любили, книга А. В. Щеглова «Раневская. Фрагменты жизни»

9. Мне вспоминается горькая моя обида на всех окружавших меня в моем одиноком детстве…

Раневская — о детской обиде на всех вокруг, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

10. Ребенка с первого класса школы надо учить науке одиночества.

Раневская — о том, чему надо учить детей с первого класса, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

11. Одиночество ребенка в тысячу раз страшней одиночества взрослого человека. Дети не должны быть одиноки, иначе они никогда не будут счастливы в жизни.

Раневская — о том, почему детское одиночество страшнее взрослого, книга «Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой» (Яуза-пресс, 2013).

12. Простые люди только могли мечтать о театре, а взбалмошные сыновья и дочери обеспеченных родителей, вроде меня, стремились зачем-то попасть на сцену — с жиру бесились, как сказал бы наш дворник.

Раневская — о том, как она рвалась на сцену в юности, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

13. В России революция, а вы мне предлагаете бежать?!

Раневская — родным, которые эмигрировали после начала революции, в пересказе А. В. Щеглова, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

14. Ради бога, не подумайте, что я тогда исповедовала революционные убеждения. Боже упаси. Просто я была из тех восторженных девиц, которые на вечерах с побледневшими лицами декламировали горьковского «Буревестника» и любили повторять слова нашего земляка Чехова, что наступит время, когда придет иная жизнь, красивая, и люди в ней тоже будут красивыми. И тогда мы думали, что эта красивая жизнь наступит уже завтра…

Господи, мать рыдает, я рыдаю, мучительно больно, страшно, но своего решения я изменить не могла, я и тогда была страшно самолюбива и упряма.

И вот моя самостоятельная жизнь началась.

Раневская — о том, как ушла из дома вопреки слезам матери, из беседы с В. Ардаматским, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

Неразделенная любовь, гадость в людях и отвращение к себе

15. Удивительно, когда мне было двадцать лет, я думала только о любви, а теперь люблю только думать.

Раневская — о том, как с возрастом изменились ее мысли о любви, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

16. Родилась я в конце прошлого века, когда в моде еще были обмороки. Мне очень нравилось падать в обморок, к тому же я никогда не расшибалась, стараясь падать грациозно. С годами это увлечение прошло. Но один из обмороков принес мне счастье, большое и долгое. В тот день я шла по Столешникову переулку, разглядывая витрины роскошных магазинов, и рядом с собой услышала голос человека, в которого была влюблена до одурения. Собирала его фотографии, писала ему письма, никогда их не отправляя. Поджидала у ворот его дома… Услышав его голос, упала в обморок. Неудачно. Сильно расшиблась. Меня приволокли в кондитерскую, рядом.

Сердобольные супруги влили мне в рот крепчайший ром, от которого я сразу пришла в себя и тут снова упала в обморок, так как этот голос прозвучал вновь, справляясь, не очень ли я расшиблась.

Раневская — о влюбленности в Василия Качалова, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

17. Вот было мне девятнадцать лет, поступила я в провинциальную труппу — сразу же и влюбилась. В первого героя-любовника! Уж такой красавец был! А я-то, правду сказать, страшна была, как смертный грех… Но очень любила ходить вокруг, глаза на него таращила, он, конечно, ноль внимания… А однажды вдруг подходит и говорит шикарным своим баритоном: «Деточка, вы ведь возле театра комнату снимаете? Так ждите сегодня вечером: буду к вам в семь часов».

Я побежала к антрепренеру, денег в счет жалованья взяла, вина накупила, еды всякой, оделась, накрасилась — жду сижу. В семь нету, в восемь нету, в девятом часу приходит… Пьяный и с бабой! «Деточка, — говорит, — погуляйте где-нибудь пару часиков, дорогая моя!» С тех пор не то что влюбляться — смотреть на них не могу: гады и мерзавцы!

Раневская — на вопрос, была ли она когда-нибудь влюблена, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

18. Как все влюбленные, была противная и гнусная, грозилась скорой смертью, а тот, в ком надо было вызвать тревогу, — лукаво посмеивался

Раневская — о том, какой она становилась, когда влюблялась, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

19. Знаете, почему у меня не сложилась личная жизнь и карьера? Потому что меня никто не любил. Если тебя не любят, нельзя ни репетировать, ни жить.

Раневская — о том, почему у нее не сложились личная жизнь и карьера, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

20. Моя внешность испортила мне личную жизнь.

Раневская — о том, почему не вышла замуж, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

21. Представляете — мать укладывает ребенка спать, а тут я своей мордой из телевизора: «Добрый вечер!» Ребенок на всю жизнь заикой сделается…

Раневская — об отказе выступать на телевидении, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

22. Мои любимые мужчины — Христос, Пушкин, Чаплин, Герцен, доктор Швейцер… Найдутся еще — лень вспоминать.

Раневская — о любимых мужчинах, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

23. Семья — это очень серьезно, семья человеку заменяет всё. Поэтому, прежде чем завести семью, необходимо как следует подумать, что для вас важнее: всё или семья.

Раневская — о том, о чем стоит подумать, прежде чем заводить семью, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

24. Мужа не нашла, потому что всегда любила в мужчинах то, чего в них не было. Впрочем, и они во мне — также.

Раневская — о том, почему она не вышла замуж, stihi.ru

25. Поняла, в чем мое несчастье: скорее поэт, доморощенный философ, бытовая дура — не лажу с бытом! Деньги мешают и когда их нет, и когда они есть. У всех есть приятельницы, у меня их нет и не может быть. Вещи покупаю, чтобы их дарить. Одежду ношу старую, всегда неудачную. Урод я.

Раневская — о том, в чем видела свое несчастье, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

26. Угнетает гадость в людях, в себе самой: люди бегают, носятся, скупают, закупают, магазины пусты — слух о денежной реформе, — замучилась долгами, нищетой, хожу как оборванка — «народная артистка». К счастью, мне очень мало надо.

Раневская — о нищете «народной артистки», книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

27. С упоением била бы морды всем халтурщикам, а терплю. Терплю невежество, терплю вранье, терплю убогое существование полунищенки, терплю и буду терпеть до конца дней.

Раневская — о том, что ей приходилось терпеть, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

Старость, кладбище несыгранных ролей и горе подкидыша

28. Еду в Ленинград. На свидание. Накануне сходила в парикмахерскую. Посмотрелась в зеркало — всё в порядке. Волнуюсь, как пройдет встреча. Настроение хорошее. И купе отличное, СВ, я одна. В дверь постучали.

— Да, да!

Проводница:

— Чай будете?

— Пожалуй… Принесите стаканчик, — улыбнулась я. Проводница прикрыла дверь, и я слышу ее крик на весь коридор:

— Нюся, дай чай старухе!

Всё. И куда я, дура, собралась, на что надеялась?! Нельзя ли повернуть поезд обратно?..

Раневская — о свидании в старости, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

29. Сегодня встретила первую любовь. Шамкает вставными челюстями, а какая это была прелесть. Мы оба стеснялись нашей старости.

Раневская — о встрече с первой любовью в старости, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

30. Толстой сказал, что смерти нет, а есть любовь и память сердца. Память сердца так мучительна, лучше бы ее не было… Лучше бы память навсегда убить.

Раневская — о памяти сердца, которая мучает, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

31. Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!

Раневская — о том, как страшно стареть, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

32. Если бы я вела дневник, я бы каждый день записывала одну фразу: «Какая смертная тоска», и всё.

Раневская — о том, что записывала бы в дневник каждый день, «Профиль»

33. Умерли мои все, ушло всё. Боюсь сойти с ума.

Раневская — о страхе после смерти близких, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

34. Зимой, когда могилы их покрыты снегом, еще больнее, еще нетерпимей, все там. Сейчас ночь, ветер и такое одиночество, такое одиночество. Скорей бы и мне. Сегодня изорвала всё, что писала три года, книгу о моей жизни, ни к чему это. И то, что сейчас записала, — тоже ни к чему.

Раневская — о могилах близких и порванной книге о своей жизни, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

35. Не сплю, сон покинул меня, страшная бессонница, думаю, страдаю, вспоминаю всё ночами, жизнь прошла, а я не сыграла своей роли!

Раневская — о бессоннице в старости, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

36. Не могу сейчас ни с кем общаться, не хочу никого видеть — все только про что где достать — никакой души.

Раневская — о людях вокруг, со слов Марины Нееловой, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

37. Ничто так не дает понять и ощутить своего одиночества, как когда некому рассказать сон. Если у тебя есть человек, которому можно рассказать сны, ты не имеешь права считать себя одиноким.

Раневская — о том, когда человек по-настоящему одинок, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

38. Однажды в какой-то газете меня назвали «великой актрисой». Стало смешно. Великие живут как люди, а я живу бездомной собакой, хотя есть жилище! Есть приблудная собака, она живет моей заботой, — собакой одинокой живу я, и недолго, слава Богу, осталось. Кто бы знал, как я была несчастна в этой проклятой жизни, со всеми своими талантами. Кто бы знал мое одиночество! Успех — глупо мне, умной, ему радоваться. Я не знала успеха у себя самой…

Раневская — о том, почему ей смешно, когда ее называют великой актрисой, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

39. Как много любви, а в аптеку сходить некому!

Раневская — в гримерке над цветами и письмами поклонников, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

40. Я часто думаю о том, что люди, ищущие и стремящиеся к славе, не понимают, что в так называемой славе гнездится то самое одиночество, которого не знает любая уборщица в театре. Это происходит оттого, что человека, пользующегося известностью, считают счастливым, удовлетворенным, а в действительности всё наоборот. Любовь зрителя несет в себе какую-то жестокость…

Раневская — о том, что слава приносит одиночество, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

41. Я так одинока, все друзья мои умерли, вся моя жизнь — работа… Я вдруг позавидовала вам. Позавидовала той легкости, с какой вы работаете, и на мгновение возненавидела вас. А я работаю трудно, меня преследует страх перед сценой, будущей публикой, даже перед партнерами. Я не капризничаю, девочка, я боюсь.

Раневская — актрисе Ие Саввиной, которую довела придирками до слез, когда звонила извиниться, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

42. От зрителей получаю письма, полные любви. Но ведь это не мне, а тем, кого изображаю. Тоска, тоска…

Раневская — о том, почему любовь зрителей ее не спасала, в дневнике, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

43. Я — кладбище несыгранных ролей. Я родилась недоношенной и ухожу из жизни недопоказанная и недовыявленная. Я недо… милый мой!

Я прожила жизнь не на своей улице и не в своей эпохе. Мне нужен XIX век. Срочно!

Раневская — о несыгранных ролях, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

44. Жизнь моя… Прожила около, всё не удавалось. Напишите на моем могильном памятнике: «Умерла от отвращения»

Раневская — о том, что написать на ее памятнике, «Профиль»

45. Ничего, кроме отчаянья от невозможности что-либо изменить в моей судьбе.

Раневская — о судьбе, которую нельзя изменить, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

46. День кончился. Еще один напрасно прожитый день никому не нужной моей жизни.

Раневская — о жизни, которая никому не нужна, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

47. Я как старая пальма на вокзале: никому не нужна, а выбросить жалко.

Раневская — о себе в старости, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

48. Мой подкидыш в горе. Ушла нянька, которая была подле него два года (даже больше). Наблюдаю псину мою… А она смертно тоскует по няньке.

Упросила няньку зайти повидаться с псиной. Увидел ее — упал, долго лежал не двигаясь. У людей это обморок. У собаки — больше, чем обычный обморок, боюсь за него, это самое у меня дорогое — псина моя. Человечная.

Раневская — о псе Мальчике, единственном близком существе в старости, книга «Философ с папиросой в зубах», составитель Кирилл Винокуров

49. Если его не станет, я умру.

Раневская — о Мальчике, со слов Марины Нееловой, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»

50. Бог мой, как прошмыгнула жизнь! Я даже никогда не слышала, как поют соловьи.

Раневская — о том, как быстро прошла жизнь, книга Фаины Раневской «Клочки воспоминаний»