Ребенок выдергивает себе волосы — это началось после конфликта с учителем. Что делать, если психиатр не помог?
Отвечает психолог Елена Подольская

Вопрос. Дочери 12 лет. После конфликта с учителем она начала выдергивать себе волосы. Разговаривать об этом не хочет, к психологу идти отказывается. Были у психиатра, принимали назначенные лекарства, но улучшений нет. Что делать и как ей помочь?
Ответ. Психолог-консультант Елена Подольская:
Для взрослого человека конфликт в школе может показаться неприятным, но вполне преодолимым событием. Однако для ребенка 12 лет отношения с учителем нередко имеют огромное значение. В этом возрасте дети особенно чувствительны к оценке взрослых, и иногда одного конфликта достаточно, чтобы ребенок начал чувствовать себя одиноким, беспомощным или потерял ощущение безопасности в школе.
Мы не можем точно знать, связано ли выдергивание волос именно с этой ситуацией. Но подобные симптомы нередко появляются не потому, что ребенок хочет привлечь внимание или делает это специально. Это может быть одним из способов справиться с очень сильными чувствами, для которых пока не находятся слова: тревогой, беспомощностью, злостью, страхом или ощущением отверженности.
Чем сильнее ребенок чувствует давление, тем больше он закрывается. Именно поэтому дочь не идет на контакт и отказывается от помощи психолога. Невозможно заставить человека открыться раньше, чем он сам будет к этому готов.
Сейчас особенно важно, чтобы рядом оставался хотя бы один взрослый, который не требует объяснений, не допрашивает и не пытается немедленно исправить ситуацию, а дает понять: «Я вижу, что тебе тяжело. Я рядом. Я готова помочь, когда ты сама будешь готова принять эту помощь». Иногда именно такое спокойное присутствие становится первым шагом к восстановлению доверия.
Продолжайте наблюдение у врача. Если назначенное лечение не помогло, это не значит, что помочь ребенку невозможно
Иногда требуется время, чтобы точнее разобраться в причинах происходящего, скорректировать лечение или найти способы, которые подойдут именно вашему ребенку.
Но параллельно стоит обратить внимание и на другое. Что сейчас происходит в жизни вашей дочери, помимо самого симптома? Чувствует ли она себя в безопасности дома? Есть ли рядом взрослые, которым она доверяет? Есть ли у нее возможность говорить о своих переживаниях без страха, что ее не поймут, осудят или отмахнутся от ее чувств?
Не менее важно попытаться понять, что стоит за этим симптомом. Что изменилось в жизни вашей дочери после конфликта с учителем? Почему именно такая реакция стала для нее способом справиться с переживаниями? Ответы на эти вопросы могут оказаться не менее важными, чем подбор лечения.
Обложка: коллаж «Мела». Фото: ©Nikolai Moiseenko / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







