«Я думал, что ненадолго зашёл». Директор Павел Северинец — о работе в школе с 17 лет

20 лет назад 17-летний второкурсник пединститута Павел Северинец пришел работать в школу учителем истории. Сейчас мы знаем Павла Александровича как одного из сильных московских директоров: он возглавлял легендарную 444-ю, сегодня руководит школой № 1679. А нам рассказывает о том, как пришел в «непрестижную» профессию, но влюбился в нее навсегда.
Двадцать лет назад я пришёл работать в школу. Тогда я был второкурсником исторического факультета Московского городского педагогического университета. Перед началом учебного года мне позвонила моя классная руководительница Елена Александровна Канафьева и сказала, что школу надо спасать, учителя истории нет, и позвала на встречу с директором Татьяной Георгиевной Третьяковой. Мне было тогда всего 17 лет. Но ситуация в образовании города была настолько сложной, что учителем были готовы взять даже несовершеннолетнего. Сейчас такое даже представить странно.
Я вернулся в школу, которую сам закончил всего год назад, но уже в статусе учителя. Мне досталась параллель шестых классов, которая училась во вторую смену. Утром я сам учился в университете, а вечером бежал в школу, чтобы учить детей, которых был старше всего на шесть лет. Выглядел в те годы я, мягко говоря, очень юно, и еще долго меня принимали за ученика старших классов. Я уже закончил вуз, поступил в аспирантуру, стал завучем, а меня все равно окликали вопросом:
«Мальчик, ты из какого класса? Как найти кабинет директора школы?»
Я был принят на работу в родную школу учителем истории по седьмому разряду с заработной платой восемьсот рублей. Этих денег хватало на два похода в Макдоналдс, а забирать зарплату надо было у завхоза Риммы Валентиновны в строго определённые дни и время.
Это были годы, когда работать в образовании считалось непрестижно, зарплата была маленькая, учителей не хватало. Я бы мог написать, что сразу понял: школа и образование — мое призвание. Но это было бы неправдой. Тогда я думал, что зашёл ненадолго.
Но за эти двадцать лет я прошёл путь от учителя седьмого разряда до учителя высшей категории, отработав у доски двенадцать дет. Выпустил класс как классный руководитель. И эти семь лет были самыми насыщенными в школьной жизни. Поездки, экскурсии, проблемы, конфликты ребят с родителями, КДН, прокуратура. И все же это была огромная радость. Мы знали, как зажечь и сделать школьные будни яркими. До сих пор мы общаемся с моими учениками. Им уже по 27 лет (почти столько же было мне, когда я их выпустил).
В 28 я стал заместителем директора по учебно-воспитательной работе. Мне предстояла ответственная задача перехода на ФГОС и новую систему оплаты труда. Одновременно прошел обучение в магистратуре НИУ ВШЭ у А. Г. Кспаржака.
Последние восемь лет связаны с руководством школами. В самом конце 2013 года я возглавил школу 444. Если бы я тогда понимал, насколько сложной будет эта задача, я бы хорошо подумал, прежде чем соглашаться. Но, к счастью, я не знал, что ждет меня впереди. Из маленькой школы с большой историей и традициями мы с управленческой командой создали многопрофильный комплекс. Были походы с детьми и коллегами, конференции, командировки, участие в конкурсах.
Это крутые, насыщенные, очень разные двадцать лет. Были поражения и победы, были неудачи и успех. И всегда было очень много труда. Что будет дальше? Время покажет, но я никогда не жалел, что остался в школе. Здесь я вырос как профессионал и как человек. Я стал тем, кто я есть, благодаря школе. Но все началось тогда, 31 августа 2001 года.
Огромное спасибо друзьям и наставникам школ 203-1696-1029-1794, Трёх четвёрок, 1679. Спасибо Татьяне Георгиевне Третьяковой и Игорю Анатольевичу Гриве за доверие и поддержку, родителям и ребятам моего класса за то, что остался в профессии, и, конечно, коллегам, родителям и ребятам Трёх четвёрок за потрясающий опыт административной работы.
Спасибо Исааку Иосифовичу Калине, который не побоялся доверить старейшую математическую школу страны учителю истории. Впереди амбициозные планы вместе с коллективом школы 1679.
Учителями не рождаются, учителями становятся!
На обложке: Павел Северинец, кадр из видео «Что изменится в школе в новом учебном году», ГБОУ Школа № 1679
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







