«Университет — пространство свободы. Удобно ходить босиком или как-то ещё — пусть»
Почему в МГУ у студента в кипе отказались принять экзамен и что об этом думают преподаватели

Преподаватель географического факультета МГУ Вячеслав Бабурин не стал принимать экзамен у студента, который пришёл на экзамен в кипе. И попросил выйти из аудитории или снять головной убор.
Преподаватель объяснил свой отказ так: в МГУ есть правила, по которым в помещениях нельзя находиться в верхней одежде и в головных уборах. Недавно Бабурин по точно такой же причине просил снять платки студенток-мусульманок.
Выдержка из правил внутреннего распорядка МГУ, утверждённых приказом ректора от 2008 года:
59. В помещениях Университета запрещается: а) находиться в верхней одежде и головных уборах. […].
Декан географического факультета МГУ Сергей Добролюбов сказал, что претензий к профессору Бабурину у него нет, и у него было полное право так сделать по внутренним правилам университета. И в прошлом году Бабурин, например, просил студенток-мусульманок снять на экзамене платки. «То же самое он сказал и этому студенту: „Снимите шапочку или выйдите из аудитории“. Со ссылкой на устав МГУ», — говорит глава факультета.
Сам Лев Борода, который написал изначально об этой истории у себя на странице в фейсбуке, рассказал нам, что был не очень хорошо знаком с преподавателем, так как совсем недавно перевёлся на факультет телевидения и был всего лишь на одной или двух его лекциях. Но никакого недопонимания между ним и преподавателем не было. «Мне сказали до экзамена, что этот преподаватель атеист и мне лучше прийти без шапочки, но я не смог на этой пойти. Во-первых, я не поверил, что такое возможно в наше время. А во-вторых, я не могу снять кипу, потому что по законам моей религии это неуважение к богу и к тем людям, которые погибли во время холокоста. Это моя обязанность и гордость — носить её».
Студент считает, что преподаватель имеет право не пустить студента в аудиторию, но не имеет права начинать межнациональные конфликты прилюдно, тем более в таком известном университете. «Он отказался у меня принять экзамен и в итоге я его сдал другому учителю по географии 22 января утром», — говорит Лев. Пост в фейсбуке студент в итоге удалил, но сказал, что будет всё равно разбираться в ситуации.
С мнением декана факультета и преподавателем Бабуриным многие оказались не согласны. Преподаватель и бывший студент МГУ Дмитрий Опарин написал в фейсбуке пост, в котором возмутился: »Я преподаю в МГУ с 2011 года, закончил МГУ, защитился в МГУ. Здесь учились дедушка, бабушка, мама, тётя, папа. Мне стыдно за университет. […]. Я лично оскорблён этим. Если завтра же ректор не выступит с публичным заявлением и с извинениями, он угробит свою репутацию и репутацию по крайней мере одного из самых сильных факультетов университета».
А вот что говорят другие преподаватели из МГУ. И не только преподаватели.

Михаил Эдельштейн
преподаватель русской литературы, факультет журналистики МГУ
На самом деле это история не про кипу на экзамене, а про избыточность правил и желание всё зарегламентировать. Такая лайт-версия истории с ульяновскими курсантами. Кому понадобилось рассказывать, что будущий пилот воздушного судна не может плясать в нижнем белье? И кому понадобилось включать в устав Университета пункт о том, что нельзя присутствовать в аудитории в верхней одежде и головных уборах?
Лет 25 назад я впервые попал в Женевский университет, когда был студентом третьего курса. И первое, что я увидел на перемене — лежащих в фривольных позах мальчиков и девочек по всей территории университетского двора. Никто между ними не прыгал и не рассказывал про то, что они позорят высокое звание студента Женевского университета. Я в то время жил в общежитии, где было очень много правил: до какого часа можно возвращаться в общежитие, до какого часа девушка может находиться в мужской комнате, а юноша — в женской. И так далее. Контраст разительный. Так вот из этих двух вариантов мне нравится женевская версия.
Мне кажется, что Университет — это пространство свободы, в том числе поведенческой.
Если человеку удобно ходить босиком — пусть ходит босиком, если удобно ходить в драной майке — мне это не мешает
Вводить ограничения и пункты правил по любому поводу мне кажется контрпродуктивным, репутационно-ущербным и более безнравственным, чем любые особенности в одежде.

старший преподаватель, факультет журналистики МГУ
Смотрите, какой интересный случай в Университете. А что вы думаете по этому поводу? Кто прав? Преподаватель оскорбил чувства верующих или отстаивает базовые принципы светского государства? Я, кстати, тоже запрещаю на лекциях сидеть в верхней одежде и юношам в головных уборах. Поэтому сам думаю, что профессор поступил правильно. А для тех, кто называет его антисемитом, спешу напомнить, что иудей — это не национальность, а вероисповедание. Если, например, я пройду инициатическую практику (как она там в иудаизме называется?), тоже стану иудеем. Причём здесь национальность? Тем более до этого он выгнал с экзамена двух мусульманок в хиджабах.
Ещё у меня был забавный случай как-то на лекции. С опозданием в 10 минут студентка в пальто заходит в Большую Богословскую аудиторию, где я читаю лекцию. Я, как обычно, прошу её снять пальто (у нас не война, в пальто в аудитории — моветон). Она мне шепчет: «Я не могу». Что так? — спрашиваю. Она расстёгивает пальто… а там… только нижнее белье: комбинация и чулки в крупную сетку. Не знаю, то ли она к парню после лекции ехала, то ли на работу собралась. В порядке исключения разрешил ей остаться в пальто. А то ещё в сексуальных домогательствах обвинят.

Анатолий Шперх
руководитель проекта «Раннее инженерное развитие детей»
Ну, что думать — безобразие. Нужно, конечно, смотреть правила, на которые профессор ссылается, но налицо, как минимум неуважение, а по сути, нарушение прав верующих. Если в университете нет чётко прописанной формы одежды, все подобные требования незаконны. Я б на месте ФЕОР (Федерация еврейских общин России) засудил декана. Но они — известные соглашатели. Хотя, как знать. Тут достаточно принципиальный момент.
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?
HelenВыбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах















