«Приёмный ребёнок — это не поломанная игрушка, которую вы придёте и почините»
Наталья Ремиш — о том, как она пришла в дом, где главными были двое подростков

«Пока вы живёте в моём доме и я за всё плачу, вы будете соблюдать мои правила», «Вот вырастешь, будешь зарабатывать деньги, тогда и будешь делать то, что хочешь». Это одна из стандартных родительских установок в воспитании детей. Я пришла в дом, где уже было два взрослых ребёнка 11 и 15 лет. Поэтому заявлять, что «это мой дом и вы будете жить по моим правилам», я просто не могла.
Что значит «мой дом»? «Мой дом» — это не дом вашего ребёнка? Если так подходить к вопросу, то когда наступит старость (а она у вас когда-нибудь наступит) и вы будете приходить в дом к своему ребёнку или, может быть, вообще переедете жить к нему, он имеет полное право отвечать такими же фразами: «Пока я за всё плачу, это мой дом. И ты должна себя вести так, как я тебе говорю». Мне кажется, нужно обсуждать, что такое «совместное» проживание и взаимодействие, когда ребёнок — ещё ребёнок. Объяснить, что директива — не самый здоровый формат отношений с кем бы то ни было. И обязательно услышать его точку зрения.
В 36 лет я переехала жить в дом, где одна из девочек считала себя абсолютной хозяйкой территории, а вторая выполняла функцию её ребенка. У них было гораздо больше прав сказать, что это их дом и ничего меняться в нём не будет. Мне, как, наверное, любой женщине, захотелось сразу поменять все тарелки, чашки, вилки, ножи, а ещё ковры и занавески. И они уступили мне в этом. Да, через переговоры и сложности, но они дали мне понять, что это их дом — и мой дом тоже. Как после этого я могу сказать: «Это мой дом, и вы будете жить по моим правилам»?

Совместное проживание — это уважение друг к другу. Родители, у которых рождается ребёнок, забывают, что этот малыш тоже растёт и формирует своё мнение. Когда он у вас с самого рождения, вы действительно чувствуете, что он пришёл в ваш дом и должен жить по вашим правилам. Получается, ваши отношения — это коммерция: вы платите, у вас власть, а ребёнок должен жить по вашим правилам. Куда важнее отношения, которые строятся не на материальных ценностях, а на взаимоуважении и любви. Может, вам сейчас кажется, что ребёнок не убирает у себя в комнате и таким образом показывает своё неуважение. Это не так. Удивительно, но когда я приезжаю в родительский дом, я точно так же перестаю убирать постель и оставляю пустые чашки из-под кофе. Я там расслабляюсь, там моё безопасное место.
Управлять ребёнком и раздавать указания, потому что он от вас зависит — это фактически злоупотребление властью. А как же права?
Ведь если ребёнок бесправен дома, то он точно так же будет чувствовать себя в мире. Ваш дом — это в первую очередь дом ваших детей, даже если они пришли в него после вас. Хотя бы потому, что вы можете позволить себе пойти и снять отель, как, например, делала я, когда мне было очень плохо и я больше не могла находиться в новой семье. У меня для этого были деньги и возможности и просто право. У ребёнка такой возможности нет, поэтому в любой ситуации ему приходится оставаться дома: когда вы на него злитесь, если вы его ударили, если у него какие-то проблемы с друзьями. Если вы хотите, чтобы ваш ребёнок рос со здоровой психикой и гармонично развивался, вы должны обеспечить его безопасное место. Его дом.

Теперь об ошибках. Мне кажется, есть два основных чувства, с которых начинается приёмное родительство: вы сейчас спасёте этого ребёнка и исправите все ошибки его прошлого.
На самом деле вы совершаете две ошибки:
- Преуменьшаете багаж, с которым он к вам приходит, и проявляете неуважение.
- Создаёте себе иллюзию, что вы сможете быстренько всё починить.
И дальше получаете разочарование, потому что, как бы хорошо не было с вами, ребёнок всё равно помнит своё прошлое, просто потому что оно у него было. Далеко не всё можно починить. Приёмный ребёнок — это не поломанная игрушка, которую вы сейчас приведёте в идеальное состояние. Он — скорее необычный антикварный шкаф, у которого поскрипывает дверца, ободран бочок, а на задней стенке написано матерное слово.
Фрустрация наступает, когда наши ожидания сталкиваются с реальностью. И реальность нам перестаёт нравиться. Это происходит с нами постоянно, а с детьми особенно болезненно.
Когда женщина сталкивается с реальностью: рождением ребёнка, недосыпом и отсутствием личного пространства, нервозностью мужа, ревностью старших детей, она впадает в состояние, которое называют постродовой депрессией. Что-то похожее происходит с приёмными родителями. По крайней мере, это происходило со мной. Я предложила спасание во всех его возможных проявлениях, начиная с красивых маек и юбок, которые мы шли покупать в магазин, заканчивая новыми ножами, вилками и чашками. Кто-то из детей воспринял это с радостью, а кто-то — с сильным отторжением.

Лола, 14 лет (дочь мужа Натальи Ремиш):
«Когда я тебя встретила, я была очень одинокой. Я радовалась, даже когда папины друзья приходили в дом. Я думала, что они приходили и ко мне. Когда я узнала о тебе, я сказала: „Вау, она такая cool“. Это сделало мою жизнь намного легче, у меня появились друзья после твоего переезда. Но иногда я очень злилась, когда ты делала какие-то вещи. В голове крутилось: „Да ей вообще на меня наплевать. Она просто хочет приехать и жить здесь. Она будет злой мачехой, заберёт всё, что я люблю, и выгонит на улицу кошку. Она ненавидит мою кошку“. Но потом я говорила себе: „Лола, остановись“».
Наталья Ремиш, автор книги «Детям о важном» и мультика «Про Диму», почти четыре года назад стала мачехой двух девочек-подростков — 11-летней Лолы и 15-летней Жасмин. О том, каково стать дважды мачехой, она рассказала нам в материале «Твоя роль всегда второстепенная».
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения











