«Технологии убьют кучу профессий, целые индустрии»
Спонсор команд по спортивному программированию говорит о стартапах, нерешаемых задачах и выборе карьеры
Главный редактор Apparat Андрей Бродецкий взял для Slon интервью у спонсора российских и украинских команд по спортивному программированию, предпринимателя Виктора Шабурова. В середине мая молодые программисты из России заняли пять из десяти первых мест на международной олимпиаде в Таиланде.
В IT-среде Шабуров известен, например, компаниями SPb Software и Handster, которые ему с партнерами удалось успешно продать «Яндексу» и Opera, соответственно за десятки миллионов долларов. Один из его протеже — программист-олимпиадник Юрий Монастыршин — создал при поддержке шабурова Looksery, стартап, купленный Snapchat прошедшей осенью.
Шабуров работает с олимпиадниками последние четыре года. Тренировать спортивных программистов, а затем создавать с ними стартапы, «и есть бизнес-модель», по его словам.
Для олимпиад по программированию прежде всего нужна математика и знание алгоритмов; тонкости конкретных языков — вторичны. То же самое нужно и для успешного IT-стартапа: Шабуров обычно нанимает сторонних профессиональных программистов, когда дело доходит до воплощения решения в жизнь; задача же олимпиадников — решить нерешаемую задачу.
По мнению Шабурова, в целом российское образование не очень хорошее, но математическое — вполне на уровне. На последней олимпиаде его подопечные обошли Гарвард — предприниматель считает, что там очень сильна программистская подготовка, но не так хорошо развита математика, и больше ориентация на практику, благо есть возможность работать с гигантами вроде Google и Facebook.
Работа в крупных корпорациях — худшее, что может случиться со спортивным программистом. «У них может быть печальная карьера — это когда они идут работать в Facebook или в „Яндекс“. Это печальная карьера, потому что они идут на зарплату и их съедает корпоративная среда, они растворяются в ней. Иногда им удается бросить Facebook, и тогда у них что-то получается», — поясняет Шабуров
В корпоративной среде негде раскрыться талантам олимпиадника. «Это основная причина, почему они в корпоративной среде пропадают. Потому что им приходится там делать какую-то рутинную работу, и они погибают от этого. Но они круто решают нерешенные задачи», — заключает бизнесмен.
Шабуров считает, что в ближайшие пять лет еще есть смысл учиться на программиста: «software сейчас пока что в расцвете и продолжает цвести», момент насыщения профессии пока не настал. С другой стороны, по мнению предпринимателя, технологии всерьез угрожают многим традиционным профессиям. «Технологии, и в частности программирование, machine learning, computer vision, self-driving cars убьют кучу профессий, целые индустрии. Поэтому, конечно, лучше, чтобы больше людей изучали программирование. Это более перспективно, чем большинство других профессий», — советует Шабуров.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения




