В новосибирской школе родителей просили сдать по 1500 рублей на рабочие тетради. Но власти выделяли деньги на их покупку
Родители учеников школы № 75 Новосибирска пожаловались в общественную приёмную администрации президента, что с них «в принудительном порядке» собирали деньги на рабочие тетради. Бесплатно их получили только льготники.
Проверка министерства образования Новосибирской области показала, что в прошлом учебном году, когда с автора обращения требовали деньги на тетради, школе № 75 Новосибирска выделили 1,5 миллиона рублей на учебные материалы. «Школа на эти цели использовала только 680 000 рублей, остальные средства были истрачены на другие цели. В текущем году с автора обращения не собирали деньги, с остальных учащихся запросили по 1500 рублей. При том, что школе было выделено на учебные материалы почти 1,7 миллиона рублей, использовалось чуть больше 1 миллиона рублей, из них 139 000 рублей — на рабочие тетради по спискам, поданным педагогами», — рассказали в администрации.
Министр образования Новосибирской области Сергей Нелюбов поручил директору школы Дмитрию Данилко объяснить учителям, что они не имеют права требовать от родителей денег на рабочие тетради.
Правозащитная организация «Зона права» на прошлой неделе открыла «горячую линию» для жалоб на поборы в школе. Выяснилось, что забайкальском селе Акша за пользование учебниками берут «арендную плату»: за старый — 5 рублей, за новый — 10 рублей в месяц. В татарстанском Кукморе в школе № 4 родителей попросили привезти по 16 килограмм картошки или сдать на неё деньги.
«Общероссийский народный фронт» (ОНФ) и фонд «Национальные ресурсы образования» выяснили, что российские семьи тратят на различные нужды школ в среднем 5320 рублей ежегодно. «Мел» рассказывал, за что родители не должны платить в школах.
Ещё больше интересного и полезного про образование и воспитание — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить!
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?
HelenВыбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах











