В России промаркируют книги Ремарка, Сартра и Стейнбека, переведенные после 1990-го года
Любые упоминания ПАВ в литературе разрешены только для аудитории 18 +
Романы «Гэм» Эриха Марии Ремарка и «К востоку от Эдема» Джона Стейнбека, переведённые после 1990 года, в России будут подлежать маркировке в соответствии с законом о запрете пропаганды наркотиков. Об этом со ссылкой на данные Отраслевого перечня сообщает РИА Новости.
С 1 марта начали действовать поправки к федеральному закону «О наркотических средствах и психотропных веществах». Документ предусматривает административную и уголовную ответственность за распространение произведений литературы и искусства, в которых упоминаются наркотики. На сайте Российского книжного союза (РКС) опубликован отраслевой список книг, содержащих такие упоминания и требующих специальной маркировки. Этот перечень был сформирован издателями в рамках саморегулирования отрасли — чтобы снизить риск штрафов и выработать единый подход к применению норм закона.
В список включены не только современные произведения — среди них книги российских авторов Виктора Пелевина и Сергея Лукьяненко, а также зарубежных писателей Стивена Кинга, Чака Паланика и Харуки Мураками. В него вошли и переводы классических произведений, опубликованные после 1 августа 1990 года.
Как пояснила агентству председатель комитета РКС по электронным ресурсам и цифровой трансформации книжного рынка Елена Бейлина, классические произведения, изданные до 1 августа 1990 года, а также их переводы, выпущенные до этой даты, под действие закона не подпадают. Однако более поздние переводы зарубежной классики, появившиеся после 1990 года и содержащие упоминания наркотиков, по мнению отраслевых специалистов, однозначно попадают под требования о маркировке.

Так, роман «Гэм», изданный АСТ, оказался в перечне именно потому, что был переведен с немецкого языка Н. Федоровой в 2017 году. По той же причине под требования маркировки подпал и роман Стейнбека «К востоку от Эдема». Переводы произведений Жан-Поля Сартра из сборника «Тошнота. Стена. Слова. Ставок больше нет» были выполнены в период с 2014 по 2019 годы.
Ранее Минцифры утвердило порядок маркировки художественных произведений, в которых упоминание ПАВ является частью авторского замысла и оправдано жанром. Согласно правилам, закрепленным в приказе ведомства, на обложке таких книг должен размещаться предупреждающий знак вместе с текстовым уведомлением. Для изданий, выпущенных до 1 сентября 2025 года, допускается информирование читателей о наличии запрещенной информации с помощью специальной наклейки. Кроме того, любые упоминания ПАВ в литературе разрешены только для аудитории старше 18 лет, что также должно быть указано в маркировке.
Одновременно Минцифры утвердило общий перечень произведений, которые подлежат маркировке, не называя конкретных авторов и названий. В документе указано, что требования распространяются на литературные произведения, опубликованные начиная с 1 августа 1990 года и содержащие информацию о ПАВ, если она является неотъемлемой частью художественного содержания.
Elena Rostunova / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







