«А управляемая кукла есть? Чтобы писала и кушала?». Как россияне совершают набег на детские магазины перед самым Новым годом
До Нового года — всего ничего, но покупку подарков в последний момент никто не отменял. Александра Шевелева поделилась в своём фейсбуке наблюдениями за предпраздничной суетой и почти апокалиптическими картинами в московских магазинах игрушек. Мы публикуем её текст полностью.
Новый год в Москве — никем не предвиденное событие, в которое до последней недели никто не верит. 29-го декабря горожане хлопают себя по лбу и вспоминают, что у них есть родители, бабушки и дедушки, а 30-го — Ах да! — Еще и жены, мужья и дети. (О чем, спрашивается, они только думали, заводя такое количество родственников?).
В магазинах игрушек Hamleys не протолкнуться. В каждой «Меге» режим чрезвычайного положения. В «Детском мире» очередь даже в магазине телескопов. Двое крупных бородатых армян гоняются за маленьким продавцом в костюме эльфа: «Где тут костюм Софии? А управляемая кукла есть? Чтобы писала и кушала?» В это время две женщины узнают, что «Афтер Хай» — это тебе не «Монстер Хай», а за Китти Чешир придется завтра ехать куда-нибудь в Люберцы, потому что она из старой коллекции. «Где у вас подарки для младенцев? Погремушки?» Продавец с синими волосами смотрит мне под локоть: «Странно: все с петухами, а вы с павлином».
В это время года в городе обязательно появляются какие-то невиданные существа: великан с черной бородой, в больших армейских ботинках торопится по переходу на Арбатскую. Рыбак с огромным ледобуром расхаживает по Боровицкой. В вагоне старец и женщина с малиновыми ресницами смотрят друг на друга, а потом улыбаются. Желтый кот в маленьком зеленом свитере на фудкорте торгового центра «Атриум» прижимается к столу.
Пахнет жареными сосисками и драже тик-так. На Курской играет струнный секстет. Музыканты в белых рубашках и бабочках. Один скрипач особенно хорош: кудряв и усат как мадьярский гусар. К его ногам летят деньги. Жутко хочется пунша и Маскарада.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе




