«Книга „Трудно быть богом“ Стругацких — про меня». Школьник с ДЦП рассказал, как помогает людям с речевыми нарушениями

Девятиклассник из Петербурга с ДЦП и дизартрией Иван Бакаидов рассказал газете «Бумага» о том, как учится в школе, разрабатывает программы для людей с речевыми нарушениями и о своём выступлении на саммите ООН.
У Ивана Бакаидова гиперкинетическая форма ДЦП и расщелина нёба. У людей с этим видом ДЦП происходят постоянные непроизвольные сокращения мышц. Ивану трудно чётко произносить слова, и, чтобы объясниться, он использует «бумажную клавиатуру» — листок с распечатанной компьютерной раскладкой. В общении с посторонними людьми ему помогает мама.
Первую программу для людей с речевыми нарушениями — DisQwerty — он придумал в 15 лет. Программа позволяет печатать слова, используя всего одну кнопку: чтобы выбрать символ или слово, нужно нажимать кнопку, когда программа выделяет их чёрным цветом.
Другая программа, DisType, способна переводить напечатанные фразы в речь и сохранять часто употребляемые выражения. А с помощью DisTalk можно озвучивать слова и выражения, выбирая в приложении рисунок или пиктограмму. Эту программу могут использовать дети, которые ещё не умеют читать.
Чтобы развить метод перебора одной кнопкой и увеличить скорость набора, школьник придумал игру DisCoin. Средства на поддержку проектов Иван Бакаидов собирает на своём сайте.
Свои разработки Иван Бакаидов представил на майском I Всемирном гуманитарном саммите ООН в Стамбуле, в секции, посвящённой проблемам людей с инвалидностями. Он оказался в числе 20 участников, которых отобрали из 74 претендентов.
Своё выступление на саммите Иван называет «победой духа над телом». Он считает, что это поможет привлечь внимание к теме альтернативной коммуникации. «После выступления мне стали больше писать, спрашивать о программах, я консультирую», — рассказывает он. Свои программы он позиционирует как дешёвое средство помощи: «Смартфон в Индии стоит 5 долларов, установил на него эти программы — и уже не нужно покупать дорогой девайс». Иван проводит семинары и вебинары для преподавателей и родителей детей с речевыми нарушениями, рассказывает, как использовать разработанные им программы.
«Когда программируешь, думаешь, что всем поможешь. Моя любимая книга — „Трудно быть богом“ Стругацких, она про меня. Потому что у меня очень много возможностей помочь людям», — рассказывает Иван.
Сейчас Иван учится в школе, а свободное от программирования и уроков время посвящает тренировкам по бочча — это паралимпийский вид спорта для людей с физическими нарушениями. Иван участвовал в шести международных турнирах, заработал серебряную медаль на чемпионате России и надеется однажды поехать на Паралимпийские игры.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе




