«Очень распространённая ошибка учителя, когда предмет стоит на первом месте, ученик — на втором»
Каким должен быть учитель и и что не так в современной школе, рассказал преподаватель социологии лицея НИУ ВШЭ, замдекана факультета социальных наук Кирилл Сорвин изданию вуза.
По его мнению, есть несколько важных составляющих работы учителя. Главная — «он должен помнить, что самое важное в его работе не предмет, а школьник, ученик». «По своим собственным студенческим годам помню, как сталкивался с преподавателями, бесконечно увлеченными своей наукой, но при этом совершенно равнодушными к тому, как воспримут ее студенты», — рассказывает Сорвин. — К сожалению, это очень распространенная ошибка, когда предмет стоит на первом месте, ученик — на втором». По его мнению, процесс обучения — это сотворчество с учеником. «Учитель не рассказывает науку, а меняет о ней представления ученика», — объясняет он.
С точки зрения преподавателя, сегодня школа «перегибает палку» с ранней профилизацией. «Многие темы социологии, а тем более философии, сложно объяснить без опоры на широкую эрудицию. В школе должна быть очень широкая подготовка. Мне моя эрудиция всегда безумно помогала, не было случая, чтобы она мне повредила», — уверяет Сорвин. Он также считает, что в современной школе недостаточно естественнонаучных дисциплин. «Я вижу, что детям это было бы интересно. Мы живем в мире, в котором за последние 100 лет радикально поменялись взгляды на устройство мироздания», — объясняет он. — Не случайно, что студенты нередко просят на факультативе повысить их естественнонаучную грамотность — то, чего не хватает в школе будущим обществоведам».
О том, что ждёт российское образование в 2017 году, читайте в прогнозе эксперта «Мела», научного руководителя института проблем образовательной политики «Эврика» Александра Адамского.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации- Анастасия
Очень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает - Ольга
С Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
