«Сложилось ощущение, что врачам платят за то, что они склоняют женщин к абортам»: история беременности после 40 лет
Врачи часто предостерегают, что беременность в зрелом возрасте проходит с тяжёлыми осложнениями. Женщины, которые решились на этот шаг, рассказали «Снобу» о разнице между родами в 20 и 40 лет и поделились своими историями. «Мел» выбрал одну из них.
Людмиле 51 год, она из Омска. Женщина вышла замуж только в 40 лет, у её мужа уже был взрослый сын, но они очень хотели общих детей. Первая беременность закончилась выкидышем. Второе зачатие совпало с инфицированием краснухой. В городе была эпидемия, после которой стали прививать женщин детородного возраста. Людмила понимала, что если признается в беременности, родить ей не позволят, а если сделает аборт, то детей у нее больше не будет.
Она молчала о своей беременности пять месяцев, после чего пошла в консультацию. «Врач в консультации готова была меня прибить, когда узнала. Перинатолог говорила, что, судя по результатам анализов, у родится слепо-глухо-немой уродливый ребенок с синдромом Дауна и с пороком сердца. Я ответила: „Кто родится, того и буду любить“. И только старенькая профессор в роддоме вздохнула: „Ну что ж, значит, будем рожать“», — рассказывает Людмила.
Беременность была тяжелой, с угрозой выкидыша. Дважды Людмила лежала на сохранении. Когда отошли воды, она приехала в роддом. Схваток не было. Врачи дали немного подумать и сделали кесарево. Дочь Людмилы родилась маленькой и не прибавляла в весе. Из роддома малышку с мамой перевели в неонатальный центр.
«Милая доктор вкладывала в мою дочь всю душу, но мне говорила: „Зачем ты ее рожала? Такие дети не должны появляться на свет!“ Я простила ее: она врач, материалист. Не буду же я ей рассказывать, как сердцем услышала мольбу моей малышки о жизни, когда смотрела на положительный анализ на краснуху», — делится Людмила.
По её словам, сложилось стойкое ощущение, что врачам платят за то, что они склоняют женщин к абортам. Но, с другой стороны, если бы не они, то Людмила с дочкой не выжили бы. Родные женщину поддерживали и старались во всём помогать.
«На меня навалился страх за свою жизнь и здоровье. Ведь я так долго буду нужна дочке! У нее видит правый глаз и слышит левое ушко. В пятилетнем возрасте заменили хрусталик в левом глазу (развилась катаракта), но предметного зрения не появилось. Я рыдала почти год от жалости к ней. Даже к психологу обращалась», — рассказывает Людмила.
Теперь, по её словам, стало легче — дочь приняла свои особенности. Девочке скоро исполнится 11 лет, она сдала три международных экзамена по английскому языку, взяла второй — испанский, играет на фортепиано, лауреат школьных и городских конкурсов, и у нее нет проблем с общением со сверстниками.
«Да, я очень рисковала. Девять месяцев как под дамокловым мечом жила. Но, если бы я испугалась прогнозов и сделала аборт, осталась бы одна. После рождения дочери я забеременела в третий раз, но беременность эта, как и первая, закончилась выкидышем».
Истории ещё троих женщин можно прочесть на сайте издания «Сноб».
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения




