«Сложилось ощущение, что врачам платят за то, что они склоняют женщин к абортам»: история беременности после 40 лет
Врачи часто предостерегают, что беременность в зрелом возрасте проходит с тяжёлыми осложнениями. Женщины, которые решились на этот шаг, рассказали «Снобу» о разнице между родами в 20 и 40 лет и поделились своими историями. «Мел» выбрал одну из них.
Людмиле 51 год, она из Омска. Женщина вышла замуж только в 40 лет, у её мужа уже был взрослый сын, но они очень хотели общих детей. Первая беременность закончилась выкидышем. Второе зачатие совпало с инфицированием краснухой. В городе была эпидемия, после которой стали прививать женщин детородного возраста. Людмила понимала, что если признается в беременности, родить ей не позволят, а если сделает аборт, то детей у нее больше не будет.
Она молчала о своей беременности пять месяцев, после чего пошла в консультацию. «Врач в консультации готова была меня прибить, когда узнала. Перинатолог говорила, что, судя по результатам анализов, у родится слепо-глухо-немой уродливый ребенок с синдромом Дауна и с пороком сердца. Я ответила: „Кто родится, того и буду любить“. И только старенькая профессор в роддоме вздохнула: „Ну что ж, значит, будем рожать“», — рассказывает Людмила.
Беременность была тяжелой, с угрозой выкидыша. Дважды Людмила лежала на сохранении. Когда отошли воды, она приехала в роддом. Схваток не было. Врачи дали немного подумать и сделали кесарево. Дочь Людмилы родилась маленькой и не прибавляла в весе. Из роддома малышку с мамой перевели в неонатальный центр.
«Милая доктор вкладывала в мою дочь всю душу, но мне говорила: „Зачем ты ее рожала? Такие дети не должны появляться на свет!“ Я простила ее: она врач, материалист. Не буду же я ей рассказывать, как сердцем услышала мольбу моей малышки о жизни, когда смотрела на положительный анализ на краснуху», — делится Людмила.
По её словам, сложилось стойкое ощущение, что врачам платят за то, что они склоняют женщин к абортам. Но, с другой стороны, если бы не они, то Людмила с дочкой не выжили бы. Родные женщину поддерживали и старались во всём помогать.
«На меня навалился страх за свою жизнь и здоровье. Ведь я так долго буду нужна дочке! У нее видит правый глаз и слышит левое ушко. В пятилетнем возрасте заменили хрусталик в левом глазу (развилась катаракта), но предметного зрения не появилось. Я рыдала почти год от жалости к ней. Даже к психологу обращалась», — рассказывает Людмила.
Теперь, по её словам, стало легче — дочь приняла свои особенности. Девочке скоро исполнится 11 лет, она сдала три международных экзамена по английскому языку, взяла второй — испанский, играет на фортепиано, лауреат школьных и городских конкурсов, и у нее нет проблем с общением со сверстниками.
«Да, я очень рисковала. Девять месяцев как под дамокловым мечом жила. Но, если бы я испугалась прогнозов и сделала аборт, осталась бы одна. После рождения дочери я забеременела в третий раз, но беременность эта, как и первая, закончилась выкидышем».
Истории ещё троих женщин можно прочесть на сайте издания «Сноб».
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть




