«Люди совершают психологическое насилие, потому что они сами тоже страдают»
Психотерапевт Анна Варга — о том, что делать, если видишь, что посторонний человек плохо обращается со своим ребёнком
Незнакомый человек кричит на своего ребёнка или грубо с ним общается. Такие семьи мы видим везде — в метро, на улицах, в соседних квартирах. О том, как следует себя вести в такой ситуации рассказала порталу The Question семейный психотерапевт Анна Варга.
«Когда мы наблюдаем психологическое насилие в быту, самое главное — постараться снизить уровень тревоги. Вот вы видите мать, орущую на ребёнка. Говорить ей: „Ну что ж ты, дрянь, на детей орёшь“ — это плохая идея. У неё поднимется уровень тревоги и агрессии, вы уйдете, а ребёнку потом достанется ещё больше. Гораздо правильнее подойти и сказать: „Какой прекрасный у вас ребёнок, какие у него умные глаза, как хорошо он себя ведёт“. Ее надо смягчать, ей надо объяснять, что ребёнок у неё прекрасный и она сама прекрасная. Люди совершают психологическое насилие, не потому что они сволочи, а потому что они сами тоже страдают», — считает Анна Варга.
Психотерапевт уверена, что в России необходимо создать центры, которые бы осуществляли социальную помощь. С такими родителями психологи должны проводить беседы, тогда ситуация наладится.
Чтобы кардинально изменить ситуацию, надо смягчить нравы в обществе в целом. «В нашем обществе это делать трудно, потому что оно депрессивное, тревожное и агрессивное. Причём особенно агрессивное в ситуации безнаказанности», — говорит Варга. По её мнению, психологическое насилие — это прямое зеркало общества. «У нас принята толерантность к насилию, потому что мы — общество травмированных людей, предки которых были жертвами тяжелейшего социального насилия», — говорит Варга.
Если в детстве у ребёнка был негативный опыт, то во взрослом возрасте он может вести себя так же, как его авторитарные родители или родственники. Мы уже писали о том, как семейное насилие сказывается на взрослой жизни людей.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации- Анастасия
Очень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает - Ольга
С Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
