Суд посмертно признал Михаила Хачатуряна виновным в сексуализированном насилии над убившими его дочерьми
Бутырский районный суд посмертно признал Михаила Хачатуряна виновным в систематическом насилии над дочерьми. Его обвинили по трем статьям: насильственные действия сексуального характера (ст. 132 УК РФ), умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК РФ) и изготовление порнографии (ст. 242 УК РФ). По версии следствия, порнографические материалы с участием сестер Михаил отправлял подруге девушек. Об этом сообщает «Консорциум женских НПО».
Судебный процесс по делу о насилии в отношении детей длился больше двух лет, адвокат Михаила Хачатуряна при этом надеялся, что мужчину посмертно реабилитируют, а доказательства вины называл слабыми и абстрактными.
Адвокаты дочерей Хачатуряна — Крестины, Ангелины и Марии — с этим не согласны. Так, Алексей Паршин заявил РБК: «Наличие экспертиз, показаний незаинтересованных свидетелей, переписок девочек как между собой, так и с подругами, аудиозаписи, фото, видео и другие доказательства — всё это не оставляет никаких (даже малейших) сомнений в виновности Михаила Хачатуряна».
Паршин добавил, что признание вины Хачатуряна еще раз доказывает, что девушки, которых обвинили в убийстве отца по предварительному сговору, защищались и находились в состоянии самообороны. Теперь адвокаты сестер надеятся, что уголовное дело в отношении их подзащитных будет прекращено.
Дело сестер Хачатурян тянется с 2018 года: тогда в Москве нашли тело их отца с множественными ножевыми ранениями. В убийстве мужчины обвинили его дочерей, которым было 19, 18 и 17 лет. Крестина, Ангелина и Мария признали вину, но настаивали, что пытались защититься от отца, который подвергал их сексуализированному, физическому и психологическому насилию, запрещал им пользоваться соцсетями и ходить в школу.
Сейчас сестры Хачатурян живут раздельно без права общаться друг с другом и под подпиской о невыезде.
Изображение: Salivanchuk Semyon/ Shutterstock/ Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения








