В Тюмени возле стихийного мемориала погибшей 8-летней девочки упал и умер ее дядя. Ранее тело связанного проводом ребенка нашли в пакете
В Тюмени возле стихийного мемориала с цветами и игрушками, возникшего в память о погибшей восьмилетней девочки, упал и умер ее дядя. Школьница пропала в июне и 19 августа ее тело в пакете со связанными проводом руками и заклеенным скотчем ртом обнаружили на берегу Оброчное, в двух километрах от ее дома. Об этом сообщают местные СМИ.
Один из членов семьи погибшей Насти Муравьевой рассказал журналистам, что дядя девочки, Андрей, ночью упал рядом с местом, где местные жители оставляют цветы и игрушки. Известно, что мужчине чуть больше 40 лет, падение произошло примерно в 4 утра. Его увезла скорая, но он скончался в больнице. Сотрудники правоохранительный органов уже изучает записи с камер видеонаблюдения.
Как сообщает 72.ru, дядя не мог поверить в смерть племянницы. Восьмилетняя Настя пропала 30 июня. Со слов бабушки, девочка отпросилась у папы дойти до соседнего дома, чтобы поймать вайфай. Мама Насти ушла из семьи пять лет назад и воспитанием школьницы занималась пьющая бабушка и вышедший недавно из тюрьмы отец, отбывавший срок за убийство. Пропажу ребенка они заметили не сразу, отец считал, что Настя с бабушкой или подругой. Телефона с симкой у девочки с собой не было, так как бабушка единственный мобильный накануне отнесла в ломбард.
Тело школьницы в пакете обнаружили 19 августа в районе Лесобазы, у ребенка были связаны руки и заклеем скотчем рот. Следствие рассматривает версию по, которой Настю мог убить маньяк, так как тело, скорее всего, кто-то подбросили. Место, где его обнаружили, неоднократно проходили ранее поисковики и волонтеры. В Тюмени за последние 20 лет пропали шестеро детей, об их судьбе до сих пор ничего неизвестно. К расследованию подключился следователь Евгений Карчевский, он вёл дело «ангарского маньяка» Михаила Попкова.
Читайте также
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?- Helen
Выбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей 
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах
