«В советское время выпускники пили на выпускных больше, чем сейчас»
Вчера, 23 июня, школьники праздновали выпускные. В Петербурге выпускников традиционно приглашают на праздник «Алые паруса». О том, чем отличались советские школьники от сегодняшних, интернет-газете «Бумага» рассказал историк и краевед Лев Лурье.
«В советское время выпускники пили на выпускных, пожалуй, даже больше, чем сейчас. Потому что тогда было гораздо меньше других возможностей развлечься. Выпуск из школы — это всегда такой праздник инициации, когда мальчики хотят показать девочкам, что они уже взрослые, что могут открыто курить и напиваться. С этим ничего не поделаешь, я думаю, это во всех странах мира так», — рассказывает Лев Лурье.
По словам историка, в советское время уличная жизнь была агрессивнее, поэтому выпускники чаще дрались. «И грязи было гораздо больше, чем сейчас: парадные были открыты, кафе было очень мало, отмечать там было нечего, ночью было закрыто вообще всё, поэтому дворы и улицы становились местом пьянки и гулянки», — говорит Лурье.
В определённый момент «Алые паруса» запретили. Историк считает, что это было связано как раз с поведением выпускников. Возрождение праздника тоже произошло неслучайно. «Паруса» должны показать всё счастье, что существует у путинского поколения. В некотором смысле это: показать, как счастливо мы живем. Но, как мне кажется, в советское время этот праздник имел более сентиментальный смысл: «Кончились школьные годы, до свидания, учителя», — рассказывает Лурье.
Сейчас, по мнению историка, из праздника делают показательное выступление. Важно продемонстрировать силу, показать, что у нас всё хорошо. Церемония эта носит такой же характер, как открытие Олимпиады в Сочи. У сегодняшних выпускников намного больше возможностей и перспектив, чем у тех, кто заканчивал школу в советское время. Однако выпускной — это просто праздник, такой же, как свадьба или день рождения. Он существует во все времена и при любых режимах. «Могут меняться детали, салат оливье меняться на фуа-гра, но суть остается», — считает Лурье.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







