«Играть особенно ничего не было нужно»
Фёдор Дунаевский говорит о фильме «Курьер» спустя 30 лет

В этом году фильму Карена Шахназарова «Курьер» исполняется 30 лет. Его главный герой — подросток Иван Мирошников, не поступивший в институт, — стал символом эпохи перестройки и юношеского романтизма. Фёдор Дунаевский вспомнил о съёмках «Курьера» в интервью изданию «Афиша Daily».
Хотя по типажу Иван Мирошников — бунтующий подросток, склонный к эпатажу, актёр признаётся, что даже жёсткий характер не делает его похожим на героя. «О работе грузчика я вряд ли бы помышлял: я всё-таки окончил лучшую школу Москвы, учился в театральной студии, играл на скрипке трубе, пел в театральной школе», — говорит Дунаевский.
Для того чтобы лучше передать образ главного героя, актёр ориентировался на Холдена Колфилда из романа «Над пропастью во ржи». «Иван Мирошников — это он. Для меня лично. Хотя для Карена Шахназарова ни о каком Колфилде речи не было. Я сам проработал этот образ. И сам его сыграл», — вспоминает актёр. Несмотря на то что к съёмкам фильма был полностью заготовлен сценарный текст, Дунаевскому приходилось некоторые фразы перефразировать для естественности.
Герой, который «окончил школу и, что называется, вступил в большую жизнь», пытается найти себе место в быстро меняющемся мире. В фильме хорошо показано, как развивается молодёжная субкультура конца 80-х и начала 90-х. Подростки учатся танцевать брейк-данс, катаются на скейтах и получают удовольствие от диалогов о свободе. Эта атмосфера была близка и Дунаевскому, поэтому во многих моментах ему «не пришлось особенно играть». «Я ездил на брейк-фестиваль в Палангу, где собирались танцовщики со всего Советского Союза, — говорит актёр. — Скейтом несколько лет серьёзно занимался. И в фильме еду сам. Причём на том спуске возле МГУ и сегодня не всякий сможет съехать».
Фильм «Курьер» был снят в 1986 году по одноимённой повести Карена Шахназарова. Уже через год после съёмок он стал одним из лидеров проката и получил специальный приз жюри на Московском кинематографическом фестивале. «Курьер» стал первой картиной, в которой снялся Фёдор Дунаевский, и принесла молодому актёру славу.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе




