«Если ребёнка в семье бьют и насилуют, он все равно хочет остаться с мамой и папой»
Какими бывают последствия насилия над детьми

Травмированные дети, пережившие насилие в семьях, продолжают чувствовать привязанность к родителям. Из-за нарушения психики они также испытывают большие трудности в социализации. О последствиях насилия над детьми рассказала порталу «Такие дела» Анна Межова, директор благотворительного фонда «Сохраняя жизнь».
Насилие над детьми в семьях, исходящее от самых близких людей, может длиться годами прежде, чем об этом узнают социальные службы. Дети не говорят, потому что привыкли слушаться взрослых, а родственники — потому что не хотят «выносить сор из избы». «Папу же надо слушаться», — объяснила восьмилетняя девочка, рассказывая, как в течение нескольких лет терпела, когда пьяный отец делал ей больно.
Дети не только оправдывают своих родителей, что бы те ни делали, но и продолжают испытывать к ним привязанность. «У пятилетней Тани умственно отсталый папа и мама-алкоголичка. Мама водила мужиков, отец приводил женщин. В происходивших дома оргиях заставляли участвовать и ребенка. Соседи сообщили в опеку о том, что происходит, Таню забрали из семьи. Но даже если ребенка в семье бьют, растляют, насилуют, он все равно хочет остаться с мамой и папой. И Таня до сих пор просится домой», — рассказала Анна Межова.
Проблемы детей, переживших насилие, не заканчивается, когда их забирают из семьи. Ребёнка с травмированной психикой не принимает общество, отвергает детский коллектив в садике и школе. Анна Межова рассказывает о случае, когда приёмные родители вернули в детский дом девятилетнего мальчика, назвав его «чудовищем» и «развратным хулиганом». Причиной было сексуализированное поведение ребёнка в играх с младшей сестрой. Родители должны быть готовы к такому, если берут сложного ребёнка, пережившего насилие. В этом случае родители обвинили ребёнка в том, какой он есть, не разобравшись, почему он стал таким и не попытавшись помочь.
Такую реакцию Анна Межова называет показательной: в большинстве случаев общество реагирует именно так. «Вместо помощи жертва получает еще большую травму отчуждения и ярлык „сама виновата“. И большинство из них боятся сказать, боятся вспоминать и не могут получить помощь, потому что ее просто нет». Между тем, именно травмированным детям больше всего нужна помощь и семья.
Оренбургский благотворительный фонд «Сохраняя жизнь» помогает жертвам насилия. Фонд проводит обучающие семинары для родителей, психологов, специалистов из органов опеки и попечительства. На сайте фонда можно найти контакты для обращения за помощью, а также поддержать программу по реабилитации детей, перенесших насилие или психологическую травму.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе




