«Детский дом — это как коробка, в которой нет выбора». Как живёт в США семья, усыновившая четырёх детей из России
Настя, Никита, Валерий и Аня — бывшие воспитанники детских домов Хабаровска и Биробиджана. Десять лет назад их усыновили американцы Сильвия и Стив Таннер. «Голос Америки» рассказывает о том, как они живут сейчас.
Самый старший из усыновлённых детей, Валерий, уже учится в колледже. Но на достигнутом он останавливаться не собирается — он хочет перевестись на инженерный факультет в университет Джорджа Мэйсона. «Я хотел уехать из России, не хотел оставаться в детском доме навсегда. Детский дом — это как коробка, в которой нет никакого выбора», — рассказывает Валерий. Он уверен, что переезд в США дал больше возможностей ему и его родной сестре Насте.
У брата и сестры Никиты и Ани было очень трудное детство. Мать оставила их вместе со старшим братом на железнодорожных путях, когда там должен был проходить поезд. Мальчик оттолкнул Никиту и Аню, но сам погиб.
В детстве один глаз у Ани почти не видел, но в детском доме никто об этом не знал. Сильвия и Стив возили её в известный медицинский центр. Врачи смогли спасти зрение девочки. Для того, чтобы девочка смогла адаптироваться в стране, приёмные родители обращались к помощи психологов. Сейчас она хочет стать медсестрой. «Я бы своей жизни поставила пятёрку или четвёрку. Но только не тройку и не двойку. Я прекрасно помню свою жизнь в детстве, там была двойка», — рассказывает Аня.
В декабре исполнится пять лет со дня принятия «закона Димы Яковлева». Он запрещает гражданам США усыновлять детей из России. В январе Европейский суд по правам человека признал его неправомерным. Детский омбудсмен Анна Кузнецова осенью заявила, что закон отменять рано, так как американская сторона не отвечает на запросы о судьбе российских детей.
Ещё больше интересного и полезного про образование и воспитание — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить!
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации- Анастасия
Очень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает - Ольга
С Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
