«Двойная занятость»: почему российским женщинам так трудно совмещать работу и семью
Научные сотрудники НИУ ВШЭ провели исследование и выяснили, что современные российские женщины готовы активно трудиться, делать карьеру и при этом уделять много времени детям. Они вынуждены выкладываться и на работе, и дома. Об этом сообщает портал вуза IQ.
Научный сотрудник Института демографии НИУ ВШЭ Ольга Исупова и преподаватель факультета социальных наук вуза Валерия Уткина провели глубинные интервью с женщинами-сотрудниками министерств и других госструктур. Как оказалось, многие из них чувствуют давление общества, как в работе, так и в семье. Общество взыскательно относится к женщинам, пишет издание. «С одной стороны, „натиск“ ведут работодатели. Они требуют полной отдачи в профессии. С другой стороны, женщин активно „воспитывают“ эксперты по детству: психологи, педиатры, педагоги, СМИ», — уверяют Исупова и Уткина.
Так, для современных женщин родительство превращается в профессию. «„Интенсивное материнство“ — таков новый стандарт воспитания ребенка. Подобный родительский перфекционизм предполагает большие затраты сил и времени на все сферы жизни ребенка: от здоровья до обучения. Однако совмещать „интенсивное материнство“ с активной работой непросто. Это напоминает „двойную занятость“», — пишут исследователи.
Также в России семейные сотрудницы сталкиваются с дискриминацией на работе, уверяют они. «Подобная дискриминация женщин-матерей объясняется тем, что они, как правило, не могут трудиться сверхурочно. Они чаще сидят на больничном (из-за болезней детей), стараются вовремя уйти домой. Еще одна претензия к матерям — возможная частичная потеря квалификации во время декретного отпуска», — объясняет издание. При этом, женщины с детьми трудятся эффективнее. По данным исследования, они более дисциплинированны, организованны и часто успевают быстрее выполнить работу, чем бездетные сотрудницы, также они «сильнее держатся за работу».
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе





