Кембриджский университет возрождает курс ботаники по архивным материалам, вдохновившим Дарвина
Материалы из архива включают иллюстрации и гербарий, принадлежавшие профессору Джону Стивенсу Хенслоу, учителю и наставнику Дарвина
В Кембридже обнаружили архивные материалы, которые вдохновили Чарльза Дарвина и подготовили его к роли натуралиста в экспедиции британского корабля «Эйч-Эм-Эс Бигл». Теперь эти материалы будут впервые использованы для обучения современных студентов ботанике, сообщает The Guardian.
Вещи из архива включают хрупкие образцы гербария, чернильные рисунки и акварельные иллюстрации, принадлежавшие профессору Джону Стивенсу Хенслоу, учителю и наставнику Дарвина. Материалы хранились в запасниках Кембриджского университета почти 200 лет. Некоторые из этих очень редких акварелей и рисунков, впервые опубликованных, считаются самыми ранними ботаническими иллюстрациями Хенслоу для обучения студентов, а другие являются образцами растений, которые Дарвин видел собственными глазами.
Доктор Рафаэлла Халл, временно исполняющая обязанности руководителя образовательной программы Ботанического сада Кембриджа, отметила, что Дарвин впервые изучал ботанику формально именно в Кембридже. Он так увлекся курсом Хенслоу, что проходил его три года подряд. Хенслоу ввел Дарвина в концепцию вариации, что позже стало основой его теории эволюции.
Хенслоу, англиканский священник и натуралист, считал, что изучение растений раскрывает мудрость Бога. Он тщательно наблюдал за вариациями внутри видов, собирал образцы и создавал иллюстрации, чтобы с 1827 года проводить ежегодный курс ботаники для студентов Кембриджа.

Когда Дарвин прибыл в университет в 1828 году, он стал одним из первых студентов, посетивших пятинедельный курс Хенслоу. Интерес к природе у него уже был благодаря участию в клубе естественной истории в Эдинбурге, но после двух лет изучения медицины он понял, что не хочет становиться врачом, как его отец, и приехал в Кембридж, намереваясь стать священником.
Хенслоу водил студентов в поисках материала для гербария по болотам графства Кембриджшир, обучал их идентификации, классификации и сбору растений, а также наблюдению за адаптациями разных видов к окружающей среде. Этот опыт стал для Дарвина первым знакомством с научным подходом к ботанике и значением систематического сбора эмпирических данных. Позже Дарвин писал, что Хенслоу «повлиял на всю мою карьеру больше, чем кто-либо другой».
Ботанический сад Кембриджа теперь возрождает дух и содержание курсов Хенслоу, запустив четырехнедельный летний курс ботаники для студентов бакалавриата и магистратуры, исследователей и профессионалов в области экологии, садоводства, охраны природы и смежных дисциплин.
На курсе студенты будут изучать ботанику с использованием оригинальных учебных материалов и практических методов Хенслоу, включая полевые занятия в тех же типах мест обитания, которые посещал Дарвин в Камбриджшире.

Профессор Сэм Брокингтон, куратор Ботанического сада, отметил, что ботаника как самостоятельное образовательное направление почти исчезла в Великобритании, из-за этого ощущается пробел в подготовке специалистов. Даже талантливые студенты часто не обладают языком и концептуальной базой для описания форм и разнообразия растений. Новый курс направлен на восполнение этого пробела. Халл добавила, что понимание морфологии и разнообразия растений важно для оценки состояния экосистем и сохранения биоразнообразия.
Архивные записи свидетельствуют, что Дарвин был особенно смелым студентом, например, во время сбора пузырчатки на болотистой территории он упал в воду, но вскоре поднялся, с гордостью держа редкое растение, что вызвало восторг его товарищей. Когда капитан HMS Beagle Роберт Фицрой предложил Хенслоу должность «джентльмен-натуралиста» на корабле в 1831 году, профессор отказался и рекомендовал 22-летнего Дарвина. Дарвин затем регулярно отправлял собранные образцы своему наставнику, и они оставались друзьями на протяжении всей жизни.
Брокингтон подчеркнул, что использование иллюстраций Хенслоу было новаторским — это был «PowerPoint 200 лет назад». Курс призван вдохновить студентов методами и материалами, которые формировали Дарвина. До курса Хенслоу лекции по ботанике в Кембридже почти не проводились. Халл отметила, что Хенслоу увидел пробел в знаниях студентов и считал ботанику основой для более значимых научных открытий.
иллюстрации: Cambridge University Herbarium (CGE)
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







