ФИПИ предложил вернуть заучивание текстов при подготовке к ЕГЭ по литературе
Поводом для рекомендации стали результаты заданий 5 и 10 в ЕГЭ-2026
Федеральный институт педагогических измерений (ФИПИ) рекомендовал вернуть заучивание литературных текстов и составление цитатников в школьную подготовку к ЕГЭ по литературе. Такая рекомендация содержится в методических материалах для учителей, подготовленных по итогам анализа типичных ошибок участников экзамена 2026 года.
В опубликованных рекомендациях ФИПИ специалисты разбирают результаты ЕГЭ-2026, наиболее частые ошибки выпускников и предлагают учителям способы исправить пробелы в подготовке. Поводом для рекомендации вернуть заучивание текстов стали результаты заданий 5 и 10. По данным ФИПИ, именно при выполнении этих заданий участники экзамена чаще всего ошибались, когда цитировали поэтические произведения.
«Следовательно, заучивание текстов, составление цитатников должны стать обязательными составляющими изучения литературы как предмета (точнее, должны вернуться в процесс освоения предмета, каким бы устаревшим видом деятельности это сегодня ни казалось)», — говорится в методических рекомендациях.
Задания 5 и 10 относятся к сопоставительному анализу. В них школьнику нужно не просто ответить на вопрос, но и привлечь текст другого произведения. В 2026 году каждое из этих заданий оценивалось максимум в семь первичных баллов. Четыре балла можно было получить за привлечение текстов произведений при сопоставлении, еще два — за указание сходства или различия, один — за логичность и соблюдение речевых и грамматических норм.
При этом сам экзамен предполагает работу не только с уже знакомыми произведениями. Во второй части первой части КИМ, в заданиях 6–10, выпускнику предъявляют стихотворение непосредственно на экзамене, причем полностью. ФИПИ отмечает, что это позволяет участнику, обладающему необходимыми литературоведческими навыками и читательской грамотностью, анализировать даже незнакомый текст «с листа».
Однако для сопоставительных заданий требуется знание других произведений и умение обращаться к их тексту. В задании 10, например, выпускник самостоятельно выбирает произведение другого автора для сравнения с предложенным стихотворением. Поэтому, как следует из рекомендаций ФИПИ, одного умения анализировать незнакомый текст недостаточно: для полноценного ответа необходим запас хорошо знакомых произведений и точных цитат.
В методических материалах ФИПИ, посвященных проверке развернутых ответов, также указано, что экзамен по литературе требует от выпускника владения приемами цитирования, в том числе на основе знания наизусть не менее 10 произведений и/или фрагментов. Это требование относится к умениям, которые проверяются в заданиях с развернутым ответом и сочинении.
ФИПИ приводит и конкретные примеры того, какие стихотворения оказались для участников ЕГЭ более или менее сложными. Лучше экзаменуемые справлялись с анализом стихотворений Валерия Брюсова «Вечером в дороге», Ивана Бунина «Сумерки» и Владимира Соколова «Первый иней». Больше затруднений вызвали «Первый иней» Ольги Берггольц и «Не устыдись…» Игоря Северянина.
В 2026 году экзамен по литературе состоял из двух частей и включал 11 заданий. Первые десять заданий были связаны с анализом художественных текстов, а задания 5 и 10 требовали сопоставления произведений. Во второй части выпускник выбирал одну из пяти тем и писал сочинение.
В этом году структура и содержание КИМ по литературе не менялись, однако ФИПИ скорректировал систему оценивания. Максимальный балл за задания 5 и 10 снизили с восьми до семи. Максимальный балл за сочинение, наоборот, вырос с 18 до 20: в отдельный критерий выделили «Фактологическую точность сочинения», за которую можно получить до двух баллов. Кроме того, в инструкции ко всем заданиям добавили пошаговые рекомендации, соответствующие критериям оценки.
Всего основной период ЕГЭ по литературе в 2026 году сдавали около 42 тыс. человек. Средний тестовый балл составил 62,85. Минимальный порог не преодолели 4,8% участников, еще 45,2% получили от 32 до 60 тестовых баллов. Результат от 61 до 78 баллов показали 24,9% выпускников, а от 84 до 100 баллов — 25,1%. Для сравнения, в 2025 году доля участников с результатами от 84 до 100 баллов составляла 20,5%.
PawelKacperek / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям








