Комитет «Гражданское содействие»: только две школы в Москве бесплатно обучают детей мигрантов русскому языку
Комитет «Гражданское содействие» рассказал, что детям мигрантов крайне сложно или вообще невозможно получить образование в России. Доклад комитета опубликован в открытом доступе.
По данным организации, такое положение дел связано с низким уровенем финансирования образования и тем, что в России нет государственной стратегии по включению трудовых мигрантов в общество. К началу 2016 года в московских школах учились более 25 тысяч детей, у которых нет российского гражданства. И только две из 700 московских школ учили таких детей русскому языку и другим предметам бесплатно и системно.
В «Гражданском содействии» отмечают, что в Москве есть несколько школ с уклоном в изучение национальных языков: в гимназии № 1583 имени Керимова есть курсы азербайджанского языка, в школе № 1247 имени Балтрушайтиса изучают литовский язык и культуру. Но и в таких школах не преподают русский язык как иностранный для детей.
Обратившиеся в «Гражданское содействие» семьи, в которых дети которых плохо или совсем не говорили по-русски, сталкивались с отказом в приеме в школу. У них есть регистрация и документы о праве на пребывание в России, но им предлагали сначала подтянуть уровень владения языком в одной из двух «школ русского языка» или учить его самостоятельно.
В регионах ситуация обстоит сложнее. В управлении образования подмосковного Ногинска на запрос комитета по поводу детей сирийских беженцев, которые совсем не владеют русским языком, фактически ответили, что учить детей должны родители.
В «Гражданском содействии» отмечают, что для детей-инвалидов с иностранным гражданством в России фактически закрыт доступ к образованию. Они не могут пройти медико-социальную экспертизу, если их родители работают по патенту, приехали по рабочей или учебной визе, обжаловали отказ в предоставлении статуса беженца или не имеют документов.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации- Анастасия
Очень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает - Ольга
С Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
