Россия все-таки закрывает центры Гёте-института, все сотрудники должны покинуть страну
Работники культурных центров должны уехать из РФ до 13 сентября
Российские центры Гёте-института должны прекратить работу. Об этом 7 сентября сообщил МИД России, объявив об ответных мерах на решение Германии закрыть российское генконсульство в Бонне и Российский дом науки и культуры в Берлине. Сотрудникам немецких культурных центров предписано покинуть Россию не позднее 13 сентября 2026 года, сообщает ТАСС.
В России Гёте-Институт работал в Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске. На сайте организации эти три площадки пока указаны как действующие.
Гёте-Институт — культурное учреждение Германии, которое занимается распространением немецкого языка и международным культурным сотрудничеством. В России его работа включала не только языковые курсы. Организация проводила экзамены по немецкому языку, обучала преподавателей, организовывала образовательные программы для школьников и студентов, а также проводила культурные мероприятия.
Одним из направлений были программы для школьников. В частности, Гёте-Институт участвовал в инициативе PASCH («Школы: партнеры будущего»), которая объединяет школы разных стран и поддерживает изучение немецкого языка. Для будущих студентов действовала программа Studienbrücke («Мост в немецкий университет»), помогавшая школьникам подготовиться к дальнейшему обучению в Германии.
Для учителей немецкого языка институт проводил методические семинары, курсы повышения квалификации и профессиональные конференции. Например, на 2026 год были запланированы мероприятия для преподавателей в Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске, в том числе конференция с очным и онлайн-участием.
Еще одним важным направлением были международные экзамены по немецкому языку. Помимо собственных площадок института, экзаменационная сеть включала партнерские центры в разных регионах России.
В институтах также работали библиотеки с немецкоязычными книгами и другими материалами. Организация развивала электронную библиотеку Onleihe, где зарегистрированные пользователи могли получать доступ к книгам, фильмам, аудиозаписям и электронной прессе.
Кроме образовательных проектов, Гёте-институт участвовал в культурном обмене: организовывал выставки, кинопоказы, лекции, литературные и художественные мероприятия и сотрудничал с российскими представителями культурной сферы. Сам институт описывает свою работу как создание связей между культурой, образованием и наукой.
О закрытии оставшихся в России площадок Гёте-института министр иностранных дел Сергей Лавров говорил еще 3 сентября. Он связал это решение с закрытием Германией Российского дома науки и культуры в Берлине и российского генконсульства в Бонне.
Президент Гёте-института Геше Йоост после заявления Лаврова назвала его решение окончанием целой эпохи в германо-российских культурных отношениях. Она напомнила, что институты в Москве и Санкт-Петербурге открылись после падения Берлинской стены, а площадка в Новосибирске появилась позднее.
По ее словам, работа организации в России в последние годы уже постепенно ограничивалась, а в 2023 году институт был вынужден существенно сократить число сотрудников.
Теперь российский МИД официально распорядился прекратить деятельность немецких культурных центров. Таким образом, после их закрытия в России прекратится работа трех основных площадок Гёте-института, через которые были организованы языковое обучение, экзамены, программы для школьников и студентов, подготовка преподавателей и значительная часть культурных проектов.
О том, где теперь сдавать международные языковые экзамены — по немецкому и не только, читайте в свежем тексте «Мела».
DennisF / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







