«Площадка состояла из сарайчика для игрушек, нескольких лавочек и стола». Как менялись детские площадки с конца XIX века
Насколько сильно первые российские детские площадки отличаются от современных и как лазилка-жираф связана с системой охраны архитектурного наследия, знает искусствовед и доцент МАРХИ Анна Броновицкая. Издание «Strelka Magazine» поговорило с ней об истории появления и развития советских детских площадок.
По словам Броновицкой, первые детские площадки создавали на деньги благотворителей для того, чтобы занять детей из необеспеченных семей. Так в городах надеялись уменьшить риск беспризорности и детской преступности. В России первые детские площадки появились в 1894 году в Санкт-Петербурге, а к началу Первой мировой войны их число в стране перевалило за сотню. Привычные для нескольких последних поколений площадки у школ и детских садов — явление только 1930-х годов, до этого времени их размещали там, где живут бедные семьи.

Как пишет издание, современный ребёнок вряд ли бы обрадовался, увидев детскую площадку начала XX века — никаких каруселей, качелей и песочниц там не было, а спортивные объекты считались нежелательными и даже опасными для детей. Площадка состояла из деревянного сарайчика для игрушек и инвентаря, нескольких лавочек и стола. На площадках за детьми следили воспитатели. Они организовывали игры, занимались с ними рукоделием или читали. Иногда детям устраивали экскурсии и рассказывали об окружающем мире. Работали такие площадки только в тёплое время года, а на зиму закрывались.
Площадки резко изменились после введения в 1931 году норм ГТО, пишет «Strelka Magazine». Тогда там начали устанавливать спортивные объекты — турники, брусья, конструкции для балансирования. Игровые зоны появились у школ и в парках культуры. Они начали работать и зимой, на них стали заливать горки, дети лепили снежные скульптуры и строили крепости.
По словам Анны Броновицкой, советские детские площадки сильно поменялись с появлением микрорайонов. «Раньше они занимали уголок двора и часто были огорожены, теперь за счёт больших пространств между домами можно было развернуться», — объясняет она. Скульптуры пионеров, горнистов и школьниц сменили в новых дворах на более абстрактные изображения, вроде горок-слонов и брёвен для балансирования, похожих на крокодила или поезд. Но тогда детские площадки стали обезличиваться и упрощаться, потому что их разработкой занимались не архитекторы-ландшафтники, а ЖЭКи.
Исключением стали площадки для московских Новых Черёмушек. «Их придумывала бригада ландшафтников под руководством Алексея Балдина, гораздо больше известного тем, что он был первым директором Инспекции по охране памятников и фактически создал систему охраны архитектурного наследия в Москве. А созданные этой группой игровые ракеты или фигура жирафа, по которой можно лазить, потом были растиражированы и в других местах», — рассказала Броновицкая.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе




