«Можно вздохнуть спокойно». Адвокат — о прекращении дела Екатерины Конновой, которую обвинили в продаже диазепама
Юрий Манукян, адвокат матери ребёнка с инвалидностью Екатерины Конновой, рассказал в разговоре с «Мелом», что пока нет официальных постановлений о прекращении дела. Женщину обвиняли в распространении наркотиков за то, что она перепродала диазепам, который использовала для лечения своего сына. Препарат входит в список психотропных веществ, оборот которых в России ограничен.
«Я так полагаю, что с учётом должностных лиц, которые приняли решение о прекращении дела, всё это отменить уже никто не сможет. Так что Катя может вздохнуть спокойно и перевернуть эти несколько страниц своей жизни. Тем не менее, она надеется, что её ситуация поможет решить ситуацию с проблемой с импортозамещением лекарств и сыграет положительную роль для общества».
Юрий Манукян
«Формально любой человек который попытается продать или даже передать безвозмездно препарат, который находится в списке запрещённых, может попасть в такую ситуацию. Для этого даже нет необходимости продавать. Даже если просто передать препарат другу, а он решит пожаловаться в органы — этого будет достаточно для того, чтобы возбудить уголовное дело. Если смотреть на эту проблему с точки зрения статьи 228, которая предполагает наказание за хранение, то да, имеет значение вес. Но для целей статьи 228.1, в которую входит сбыт, вес не имеет значения. Даже самое минимальное количество — этого достаточно для привлечения», — сказал адвокат.
Сын Конновой Арсений страдает атрезией, ДЦП и эпилепсией. Кроме того, у него диагностировано врожденное отсутствие пищевода и проблемы со зрением.
Екатерину задержали 18 июня, когда она пыталась продать 5 микроклизм с диазепамом, который используют, чтобы купировать судороги при эпилепсии. Покупатель, которого она нашла через группу «Вконтакте», оказался сотрудником ОВД Мещанского района, который проводил «проверочную закупку». По статье Екатерине грозило от 4 до 8 лет тюрьмы. Сегодня МВД отменило постановление о возбуждении уголовного дела.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации- Анастасия
Очень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает - Ольга
С Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
