«Обидно, что была война». Как живут в России дети-беженцы
«Родители, спасаясь от войны, привезли их в нашу страну, но далеко не всегда им тут рады»
18 декабря в Центре толерантности Еврейского музея откроется выставка о жизни детей-беженцев в России. Участники выставки рассказали о себе корреспонденту издания «Правмир» Ксении Кнорре. Самый частый ответ на вопрос о причинах переезда в Россию из родной страны — «потому что там война».
Олучи приехал из Анголы в Москву, когда ему было 10 лет. Сейчас ему 16 и он учится в интеграционном центре «Такие же дети».
Олучи помнит войну в Анголе. «Помню, как была война, и потом я увидел бомбы, они все упали. Это когда я еще был маленьким. И я видел, как (самолёт) взорвался в воздухе и все убежали. Страшно было, помню, еще плакал. Жалко было, обидно, что была война».
В Москве Олучи нравится снег. «Мне нравится, когда он падает много, а еще мне нравится, когда Новый год, когда праздник. А еще мне нравится играть в снежки». Он не интересуется тем, что происходит в Анголе, и хочет остаться в России.
Алим приехал из Афганистана. Сейчас ему 15 лет. Он любит играть в футбол и в компьютерные игры, а в будущем хочет стать бизнесменом. «Раньше мы жили в Пакистане, и там мучились. Переехали в Афганистан и там жили, и потом приехали сюда», — рассказывает он.
Алим живёт с мамой и старшим братом в съёмной двухкомнатной квартире. Брату Алима 18 лет, он работает грузчиком. «Папа не с нами живет — у него другая жена, и, тем более, он сейчас в тюрьме находится. С кем-то дрался и убил. А самый старший брат потерялся после драки, когда отец дрался, в ту же ночь. Двадцать пять ему было. Мы ходили в ООН, сказали — вот такая случая произошло, и нам сказали, что его полиция даже не будут искать».
Ему нравится в Москве, потому что тут можно гулять. В Афганистане это опасно. «Постоянно на улице, куда бы ты не ходил, ты играешь с кем-то, а кто-то на тебя нож вытащил, сказал: „Отдай свои деньги“. Если ты куда-то ходишь, тебя может обидеть кто-то или что-то такое. Тем более там педофилия. У нас там школа есть на районе, там когда школа заканчивается, эти люди, у которых в государстве знакомые есть, они приходят к школе, те мальчики, которые красивые, с собой забирают».
Алим хочет учиться в школе, но пока ему отказали из-за плохого русского языка. Сейчас он ходит на языковые курсы.
Шахбиби 11 лет, и она родилась уже в Москве, после того, как её родители приехали из Афганистана. Она хочет стать врачом, когда вырастет.
Шахбиби была в Афганистане один раз, около пяти лет назад, и ей там не понравилось — потому что «везде песок, пыль и камни», и потому что люди «страшные, злые»
«Они там носят платки, а мы не носили платок, и они оскорбляли нас за это. Соседи говорили, что мы не уважаем свою родину, когда мы выходили на улицу. Особенно часто мальчики, такие большие хулиганы».
В Москве ей нравятся интересные места, хорошая погода и цветы, а не нравятся «злые бабушки у подъезда».
Пятнадцатилетний Ваду в 2010 году приехал из Конго на каникулы к маме, которая учится в России, и остался насовсем, потому что «начались проблемы в семье». Как и Олучи, он учится в интеграционном центре. Его мама работает — раздаёт рекламу. Они живут в съёмной квартире с другими африканцами, «мамиными знакомыми». Всего в трёх комнатах — 13 человек.
Русский язык Ваду начал учить в Африке. Он смотрел телевизор и занимался по диску, который привозила ему мама. Днём он занимается дома французским с соседями по квартире. Это его родной язык, и он учит его, чтобы не забыть.
В Москве ему не нравится, но в Африке, по словам Ваду, «еще хуже». «Там сейчас война, там убивают. Там выборы президента, и в каждом году все хуже и хуже. Они убивают друг друга, и это очень ужасно. У меня был друг, тут, в русском центре, и он возвратился в Африку. Ему тут не понравилось, и он ушел туда. И вот он позвонил и сказал, что там сейчас очень горячо. Убивают просто когда выходишь на улицу. У нас президент уже шестнадцать лет на этом посту, он ничего не делает, просто кушает наши деньги, и все хотят от него избавиться. Или убить. Он плохой президент, ничего не делает».
На выставке в Центре толерантности Еврейского музея будут фотографии и рисунки детей-беженцев из Конго, Киргизии, Алжира, Афганистана и других стран. С детьми работали арт-терапевты, фотографы и психологи, чтобы помочь им рассказать о себе. Организует выставку международный социально-образовательный проект UbuntuMail. Её цель — привлечь внимание к проблеме детей-беженцев.
«Родители, спасаясь от войны, привезли их в нашу страну, но далеко не всегда им тут рады, и часто дети оказываются в гуще взрослых проблем — без друзей, без перспектив, без возможности учиться», — пишет Кнорре.
Партнерами выступили Центр толерантности, интеграционный центр «Такие же дети» и проект поддержки детей-мигрантов из Киргизии «Билим».
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе





