Каша с жуками и страшилки: как мы все отдыхали в пионерских лагерях
На самом деле, было весело!

Детский лагерь — отдельная часть воспоминаний любого ребёнка, которого родители отправляли туда на лето. Хватало всего: веселья, новых друзей, первых влюблённостей. Наши читатели поделились своими историями про лагеря в наших социальных сетях — фейсбуке, инстаграме и «Вконтакте». Собрали самые интересные из них.
Анна Кутузова
У нас на территории лагеря почему-то была база отдыха, там отдыхали азиаты, всегда хотели с нами фоткаться. Был бассейн по середину бедра, мне тогда казался мелким. Ещё помню был прикол обмениваться одеждой. У одной девочки были крутые ботинки, и она всем разрешала их поносить, пока кто-то их не порвал. В этом лагере была каша с жуками и часто давали манку с комьями просто, никто её не ел. Сейчас лагерь заброшен, видела фотки, как травой всё заросло. Немного взгрустнулось.

Ольга Сергеевна
Лет восемь мне было, год где-то 85-86, пионерский лагерь в Московской области. Пошли с вожатыми на вечернюю картошку в лес. Предполагался весёлый вечерок у костра с песнями под гитару и печёной картошечкой. Нас, как положено, погнали за хворостом/дровами. Идём себе такие весёлые по лесу и неожиданно спускаемся в овраг. Ну как овраг? Что-то типа круглой большой ямы, поросшей травой и кустами. В лесу. В яме что-то белеет… Любопытство — не порок, и мы пошли ближе. А там, в этой яме обнаружились несколько каменных саркофагов прямоугольной формы, на одном даже крышка была сдвинута. Как мы бежали оттуда! Какая на фиг картошка? Да и дождь пошёл. До сих пор не знаю, что там в действительности было.

Евгения Горбина
Обожала лагерь. Последний вечер, дискотека, я вся в белом, но что-то кавалеров не хватило. Почему-то решила я залезть в корпус через окно. К слову, там было высоковато. И вот, значит, долезла я до окна, смотрю девчонки сидят что-то обсуждают. Я стучусь, чтобы они открыли, а оттуда дикий ор. Я опять — они ещё громче орут. Оказалось, они гадали, и вызывали духов, и в самой кульминации в окно стучит фигура в белом. Чуть не убили меня потом.

Елена Карамзина
У нас лагерь стоял рядом с деревенским кладбищем (через забор). На кладбище был полуразрушеный храм, а лестницы в нём были прямо в стенах, очень узкие. По ночам (и не только) старшие отряды норовили убежать туда, оставить свой автограф. И ещё до сих пор стыдно перед нашей вожатой. По ночам сбегали купаться, почему-то тянуло всех на подвиги именно ночью. Вода, конечно, была теплущая, а на тучи комаров не обращали внимания. Вожатая узнала про наши похождения и поняла, что это не остановить. Стала ходить с нами (следила, чтобы никто не утонул). Когда об этом узнала директор, Свету сразу выгнали. Мы тогда, помню, все плакали, стыдно было. А вожатая она была очень весёлая и озорная!

Ксения Беловицкая
Первый раз я поехала в лагерь, когда мне было лет 12, кажется. Он был в Геленджике, сама я из Адыгеи. Ничего не предвещало беды, но так сложилось, что в лагере была дурацкая система формирования отрядов — всех селили по городам, из которых они приехали. Так я оказалась в отряде, где почти не было моих ровесников, почти все были старше меня и предпочитали говорить на языке, которого я не понимала (адыгейский, собственно). Это был худший летний месяц в моей жизни. Вы только представьте, как это ужасно, когда тебе не с кем поговорить, все тебя игнорируют, ещё и специально делают вид, что не знают русского. Хотя это абсурд, потому что в Адыгее все на нём говорят, конечно же. Вожатым на нас было абсолютно всё равно — иногда они оставались спать у себя во время нашего завтрака и зарядки. Это мы их будили, а не они нас. Но на следующий год я поехала уже в другой лагерь. И там было здорово. Хотя отрицательный опыт всё же самый яркий.

Елизавета Романова
1998 год. Отдыхала в лагере. Там были такие маленькие двухместные деревянные домики, что помещалось только две кровати и тумбочка. Находился лагерь в конце деревни рядом с Байкалом. Однажды ночью проснулись от треска. Открыли с подругой глаза и увидели: четверо парней подняли крышу (а она была тяжёлой и покрыта шифером), один перекинул ногу через стену, чтобы залезть. Мы закричали, те извинились, закрыли крышу и вроде ушли. Через десять минут постучались деликатно в дверь: «Девчонки, а домик мальчишек?». Оказалось, деревенские мальчишки приходили играть в карты. Испугались же мы тогда. Прошло семь лет, сидели с друзьями в кафе, и один из них рассказал ту историю, как они с ребятами перепутали крыши.

Евгения Бондарь
Как водится, решили мы ночью парней наших зубной пастой намазать. Они рассердились, погнались за нами, один неудачно замахнулся ногой и угодил мне в глаз. Остаток смены проходила с фингалом. Мне дали кличку «одноглазый Джо». По дороге в лагерь у меня порвались мои красивые босоножки на платформе, и нужно было срочно что-то купить из обуви. В лагерь меня привёз старший брат, он не стал заморачиваться и купил в ближайшей палатке резиновые синие шлёпки на два размера больше. Так я в них и промучилась всю смену. И на море в них ходила, и на дискотеку. А они были такие стрёмные, жуть.

Татьяна Субботина
Один раз вожатые отобрали магнитофон. Сказали, что запрещено. А сами поставили себе в номер и слушали «Руки вверх». В другой раз меня отправили в лагерь на море. Перед нами был поток, который нанюхался то ли нефти, то ли ещё чего-то в воде и все сожгли себе слизистую. Вожатая после этого не говорила две недели. Там же нас кормили тухлыми помидорами и половина подхватила дизентерию.

Елена Капитонова
Помню, мальчик один за мной ухаживал. И, когда я единственный раз в тихий час заснула, сходил на речку и кувшинок там мне нарвал! А я спросонья его поругала, потому что они вообще-то в Красную книгу занесены! Все девчонки надо мной смеялись, что я ни разу не романтичная.
Светлана Тен
Довелось и поработать вожатой в лагере. Помню одну девочку, звали её Инна. Очень дотошная была. Постоянно спрашивала, а почему именно так надо, а не иначе, нужно было часто ей объяснять по нескольку раз что-то. Например, правила игры или её обязанности, как дежурного по комнате. Я ещё думала: «Вот приставучая девчонка». Прошли годы, мой брат женится. И на ком, как вы думаете? На Инне. Она повзрослела, её дотошность стала даже мне нравиться, так как она очень хорошая хозяйка, заботливая мама.

Альбина Раисовна
Ох, лагерь глазами вожатых это отдельная тема! Лагерю, где я работала несколько смен каждый год с 1995, исполнилось тогда ещё 45 лет. Больше всего дети любили страшные истории — интернета не было, цифровая мыльница и то была не у всех. Самая популярная страшная история — про белую бабку, которая ночью каталась на качелях. Женщина, мол, потеряла детей в пожаре и с тех пор гуляет по лесу и стремится туда, где детские голоса. Дети были в восторге. Сопровождали истории скрежетом мокрыми шишками по стеклу (как будто бабка царапает). Кто-то из вожатых переодевался в простыни и качался на качелях. И никого вожатых тогда не пугало, когда дети от страха чуть не теряли сознание.
Фото: РИА Новости архив (Владимир Родионов, Рудольф Кучеров, Валерий Шустов, Вячеслав Бобков, Юрий Абрамочкин, Яков Берлинер, М. Юрченко, Соловьев, CC-BY-SA 3.0), Shutterstock (Vikulin)
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения




