Почему гиперопека делает подростков уязвимыми для зависимостей

Мы привыкли думать, что зависимость начинается с первой сигареты, банки энергетика или лайка в соцсети. Но постоянный блогер «Мела», психолог и социальный педагог Татьяна Пушкова придерживается другого мнения. И оно вам может не понравиться, ведь всё дело в родителях и их самой искренней заботе.

В 2026 году команда АНО «Центр социальной помощи детям и их родителям „Счастливое детство“» в Туапсе провели исследование среди 233 подростков. Результат оказался пугающим: даже те из них, кто искренне не считают себя ведомыми и способными принимать решения своей головой, на практике не могут распознать даже самые банальные текстовые манипуляции, запугивание или навязывание своего мнения. Они только думают, что суверенны, хотя их когнитивный суверенитет — это иллюзия.

Разрыв между самооценкой подростков и их реальной устойчивостью к влиянию оказался колоссальным. Проблема касается самых разных подростков, а не только детей из неблагополучных семей. Это системный сбой в воспитании целого поколения.

В 2014 году, работая с Госнаркоконтролем (и получив третье место на Всероссийской олимпиаде ФСКН), я делала акцент на информировании и создании комплексной профилактики зависимостей в школе. Но за годы частной практики я поняла главное: профилактика начинается не в школе, а в семье.

Парадокс заботы: почему «беречь» — значит «рыть яму»

Сегодня чрезмерно популярна идея: ребенка нельзя травмировать, напрягать, заставлять терпеть. Ему должно быть комфортно. Ни в коем случае нельзя говорить «нет» без подробных объяснений, иначе он вырастет закомплексованным.

Но это ловушка. И мы, родители, сами роем себе яму

Отличительная черта людей, склонных к зависимостям, — неспособность выдерживать психоэмоциональное напряжение: скуку, одиночество, запрет, отказ и собственные негативные чувства.

В психоанализе давно отмечено: если ребенок с детства не учится выдерживать «нет», если любое его желание мгновенно удовлетворяется, если границы размыты — он не приобретает иммунитет к жизненным трудностям. А это уже прямой путь к тому, что в стрессовой ситуации он потянется к веществам и другим способам мгновенно переключить состояние сознания. Лишь бы не чувствовать напряжения.

Единый механизм зависимостей

Сегодня враг стал хитрее, а формы зависимого поведения маскируются под что угодно:

• ПАВ (наркотики, алкоголь, никотин);
• Игровая и интернет-зависимость;
• Фанатичный (бессмысленный) спорт с гормонами и добавками;
• Трудоголизм (или зацикленность на учебе у подростков).

Внешне это даже может выглядеть как успешность, сила воли и дисциплина. Но механизм один: неумение справляться с реальностью и бегство в то, что поддается контролю. И это ловушка, потому что тогда человек бессознательно выбирает самоуничтожение, лишая себя всей полноты жизни и фиксируясь на чем-то одном.

Поэтому бороться надо не с отдельным веществом, а комплексно смотреть на зависимое поведение.

Гибридная угроза: главный неисследованный фактор риска

Сегодняшний подросток живет в гибридной среде, где онлайн и офлайн больше не существуют отдельно.

В интернете невозможно быть уверенным, кто скрывается за аккаунтом. Фейки, анонимные профили, мошенники и вербовщики могут легко войти в доверие, выдавая себя за друзей или сверстников.

Но и реальная жизнь тесно переплетена с цифровой. Знакомства начинаются в Сети и продолжаются офлайн, а реальные отношения всё чаще строятся на основе того образа, который человек создает о себе в интернете. Подростку становится всё сложнее понимать, с кем он имеет дело на самом деле.

Наука пока только начинает изучать, как жизнь в такой гибридной среде влияет на психику подростков. Это один из самых новых и наименее исследованных факторов риска.

Единственная защита — тот самый собственный когнитивный суверенитет: умение распознавать манипуляцию, выдерживать паузу, опираться на свои ценности, а не на внешний авторитет.

Но наше исследование показало: подростки этого не умеют. Они искренне верят, что «сами с усами», хотя простейшие текстовые манипуляции проходят с ними на ура.

Что же можно сделать

Профилактика не должна быть нудной и пугающей. Эффективнее всего предложить подростку то, что ему интересно, в компании взрослого, который не осуждает.

У меня до сих пор сохранились материалы проекта «Диалог со стенами», который мы придумали для подростков из группы риска. Мы собирались у меня дома и вместе рисовали граффити на тему здорового образа жизни.

Среди участников были ребята, состоявшие на разных видах профилактического учета, подростки с алкогольной зависимостью, дети, которых привозили из соседних поселков. Обычно их называли «трудными», «неблагополучными», «девиантными». Но я не читала им лекций о том, как правильно жить. Я просто сказала: «Ребята, у меня есть проект по уличной культуре. Вы креативные. Приходите вечером, мне нужна ваша помощь».

И они пришли. Вместо привычных компаний и улицы они выбрали мастерскую. Мы рисовали, разговаривали о том, что их действительно волнует, что привело их к алкоголю и почему они оказались в такой ситуации. Творчество стало для них способом говорить о себе, а уважительное отношение — почувствовать собственную ценность. Для них было важно, что взрослый видел в них не «алкоголиков» и не «трудных подростков», а талантливых ребят.

И этот опыт не закончился вместе с проектом. Спустя годы один из его участников написал мне:

«Я нашел себя. Полюбил свою работу. И не стал тем, кем мог бы стать, потому что ты была рядом и не осуждала».

Что делать родителю

Признаки, которые должны насторожить:

1. Ребенок не умеет выдерживать напряжение. Закатывает скандалы из-за любых отказов.
2. Делит всё на черное и белое. Или всё хорошо, или всё ужасно.
3. Привык искать виноватых. Во всем плохом всегда виноват кто-то другой.
4. Отрекается от себя. Свои интересы — не важны, важны интересы компании, игры, объект.
5. Не различает свои чувства: где страх, где злость, где скука, где голод.
6. Истерики, аффекты, самообвинения, неконтролируемая агрессия.
7. Не переносит одиночество и скуку. Имитирует бурную деятельность, чтобы не оставаться наедине с собой.

Чего делать нельзя

1. Нельзя паниковать и требовать «решить здесь и сейчас».
2. Нельзя просто вывалить подозрения на ребенка.
3. Нельзя ждать быстрого результата.

Зависимость — это вам не простуда. Это системное нарушение психической гармонии. В терапии зависимостей психологи говорят о как минимум 2 годах регулярной работы. Причем работать приходится со всей семьей, а не только с «зависимым».

Что делать нужно

1. Сохранять диалог. Не читать мораль, а разговаривать.
2. Ввести простейшие, незыблемые правила. «Ты приходишь домой до 22:00», «Никакого вейпа дома», «За уважение к себе отвечаешь сам».
3. Вернуть ребенка к его ценности. Находить и показывать, в чем он важен, уникален, талантлив (как в проекте «Диалог со стенами»).
4. Набраться терпения. Дать время себе. Принять ситуацию. И — сохранять уважение. Видеть в человеке лучшее, а не худшее.
5. Страх, истерика, обида, злость не помогают. Уважение, спокойствие, системная работа и вера в человека — вот реальные инструменты профилактики.

Зависимость — это попытка сбежать от реальности, с которой человек не может справиться. Вещество, игра, еда или даже спорт в этом случае становятся не причиной проблемы, а способом ненадолго заглушить внутреннее напряжение.

Поэтому профилактика начинается не с запретов, лекций о вреде и разговоров о «плохих компаниях». Она начинается с вопроса, который взрослый должен задать себе и ребенку: «Что в твоей жизни сейчас настолько тяжело, что хочется от этого сбежать?»

А следующий вопрос не менее важен: «Что в твоей жизни есть такого, ради чего хочется жить, развиваться и двигаться вперед?»

Настоящая профилактика — это готовность быть рядом без осуждения, помогать ребенку выдерживать трудности, уважать его границы и искать вместе с ним то, что наполняет жизнь смыслом. Именно это снижает потребность искать спасение в зависимости.

Обложка: © Kristina Kuptsevich / Shutterstock / Fotodom